Изображение Бодиско
Руководители школы Этюд
Дата основания
Школа непрерывно работает

Легенда-962 - победители последнего всесоюзного турнира пионерских дружин "Белая ладья"

Легенда-962 - победители последнего всесоюзного турнира пионерских дружин

"ЛЕГЕНДА-962" – это правдивая история о полном цикле подготовки и победе в последней Всесоюзной «Белой ладье» московской школы № 962, где на первой доске играл юный Евгений Наер – в настоящее время гроссмейстер, чемпион Европы среди мужчин, «победитель Каруаны» и один из тренеров «золотых девочек» нашей олимпийской команды. В роли автора выступает другой участник той команды – международный мастер Александр Сергеевич Захаров. В прошлом один из сильнейших молодых шахматистов страны, неоднократный призер юношеских первенств России и Европы, олимпийский чемпион 1997 года в составе юношеской сборной России, а ныне директор шахматной школы «Этюд».

Всесоюзное соревнование пионерских дружин «Белая ладья» - крупнейший в СССР массовый командный турнир, охватывающий около 1 500 000 учащихся средних школ в возрасте до 14 лет, с многоступенчатой системой отбора в течение учебного года (от первенства района/села – до финального союзного турнира). Первая всесоюзная «Белая ладья» состоялась в 1969 году, а главными авторами идеи проведения легендарного турнира стали 7-й чемпион мира В.В. Смыслов и детский писатель Л.А. Кассиль.

Средняя школа № 962 (СШ №962) открыта 1 сентября 1986 году в Кировском районе столицы, который позже вошел в состав Северо-Восточного административного округа города Москвы.

В наши дни Всероссийский турнир школьных команд «Белая ладья» – одно из самых популярных юношеских соревнований в стране. Шутка ли, сильнейшие ребята со всех регионов страны собираются на ежегодный смотр в великолепный комплекс «Дагомыс», к ним приезжают первые лица российского государства. Границы «Белой ладьи», в которую вливаются все новые и новые страны, расширились, благодаря усилиям президента Федерации Шахмат России Андрея Филатова.

У «Белой ладьи» невероятный потенциал и, уверен, блистательное будущее. Но двигаясь вперед, не хочется забывать и прошлое – историю этого столь значимого турнира. И мысленно вернуться в те годы, когда разрушительные 90-е еще были впереди, а сражения «пионерских дружин» воспитывали будущих чемпионов.

 

Вступление

Оставляя за кадром политику, признаемся, СССР – самая сильная шахматная держава за всю историю существования этой игры. В системе подготовки шахматистов СССР важное место занимало легендарное соревнование среди пионерских дружин (до 14 лет) общеобразовательных школ «Белая ладья». Через "Белую ладью" прошли все будущие чемпионы мира и ведущие шахматисты, а победители автоматически попадали на первые полосы шахматных журналов и, самое главное, газеты "Пионерская правда".

  • Шахматной школе «Этюд» и ее лучшим ученикам удалось не просто прикоснуться к легенде, а стать ее последними героями. В июне 1991 года, в Луганске, московская школа №962 выиграла всесоюзную "Белую ладью", а спустя 2 месяца не стало Советского Союза. Но, обо всем по порядку.

 

Оглавление


  1. Зарождение «Легенды-962»
  2. Заключительный громкий аккорд Юрика
  3. Эльдорадо в дыму победы
  4. Решение уравнения с одним неизвестным
  5. КРАМАТОРСК – сенсационное серебро с первой попытки!
  6. Программа А.П. Бодиско для подготовки непобедимой шахматной команды
  7. ЛУГАНСК, июнь 1991 года – победа на всесоюзной "Белой ладье"!
  8. Эпилог
  9. Послесловие
  10. Источники информации и отзывы
  11. Толковый шахматный словарь А.П. Бодиско

 

 

 

1. Зарождение «Легенды-962»

Шел 1988 год. Год, когда открылась Шахматная школа «Этюд», Захаров Саша пошел во второй класс, а Шашнов Илья – в шестой. Так совпало, что ученики ШШ «Этюд» ходили в школу №962, где бессменный директор Лариса Александровна Полякова поощряла любые творческие начинания и, честно говоря, за это прощала наше хулиганство. Счастливый случай подбросил еще одного интересного человека – учителя физкультуры – Юрия Анатольевича Иванова (его мы звали просто Юрик). Юрик был суровым учителем, настоящим физруком с драматичным боксерским прошлым, который использовал далеко недемократические методы воспитания. На районе присутствовало хулиганство, да и время способствовало его разгулу. В школе бывали достаточно серьезные конфликты, и всегда все обходилось без милиции, роль которой брали на себя физруки, ведомые Юриком. Они решали вопросы быстро и справедливо, а Юрик обычно не только руководил, но и бил в воспитательных целях. Среди «ботаников» и «хулиганов» Юрик одинаково пользовался заслуженным уважением и авторитетом.

Но вся его суровость сразу исчезала, когда он общался со мной, Ильей и другими шахматистами. Шахматы тянули Юрика магнитом, он чувствовал в них что-то такое, чего ему не хватало, он мог часами смотреть за шахматными партиями, переживал за нас, готов был вцепиться боксёрской хваткой в любого, кто угрожал нашим интересам. И это все при том, что в шахматы Юрик играть не умел…

Юрик вел физкультуру у Ильи Шашнова, через которого, видимо и прошла информация, что в школе есть еще шахматисты и можно было бы создать команду. Юрик плохо понимал нюансы, но почувствовал – надо действовать! На тот момент времени Кировский район (в современной терминологии – это Северо-Восточный административный округ Москвы) был отсталым периферийным местом с точки зрения школьных шахмат, этим банально никто не занимался. Поэтому энергия Юрика, помноженная на неплохой для начала состав, сразу же была вознаграждена. Школа №962, которая открылась в 1986 году, легко выиграла первенство Кировского района и завоевала право участия в Первенстве Москвы, которое, в свою очередь, было отборочным соревнованием уже на всесоюзную "Белую ладью".

Состав первой команды средней школы № 962 [(в унифицированном советском прошлом, охватывающем 1 500 000 пионеров, в табличках на турнирах писали СШ № 962 (Москва)] был следующим:

  • 1-ая доска – Шашнов Илья. Уже тогда, Илья был одним из ведущих шахматистов Москвы, перворазрядником, поэтому с первой доской у нас был полный порядок. Кроме этого, Илья был отличным капитаном: ответственный, дисциплинированный, рассудительный. Юрик безгранично доверял Илье, и здесь опять же его не подводила интуиция. Другие участники команды беспрекословно слушались и уважительно относились к Илье.
  • 2-ая доска – Бернадинер Михаил. Занимался профессионально в Клубе имени Петросяна и играл в силу первого разряда, вместе с природным талантом и возрастом этого было больше, чем достаточно, чтобы на районном уровне «закрывать» вторую доску. Миша не признавал авторитетов (кроме, Юрика, разумеется) и часто нарывался на неприятности. С ним будет связана забавная история, произошедшая в финале Первенства Москвы среди школ. Но об этом позже.
  • 3-я доска – Захаров Александр. Мне было всего 7 лет, но я уже выполнил третий разряд, и сила увеличивалась от партии к партии. Занятия по 8 часов в день не проходили даром. Конечно, вначале мало, кто верил, что 7-летний парнишка может что-то сделать со здоровыми лбами. Особенно большая разница в возрасте беспокоила Юрика. Но вскоре, он наглядно убедился, что шахматы и бокс имеет некоторые различия, а 7-летний шахматист, которому была оказана большая честь вызовом в команду, может творить чудеса.
  • 4-ая доска – Серебряков Алексей. Уровень игры – между четвертым и третьим разрядом, без шансов на повышение. Юрик действовал очень логично. Когда закончились профессиональные сильные шахматисты, он обратил взор на крепких ребят. У Серебрякова были браслет, кастет (мода тех лихих времен), он обожал группу «Кино». Всё это сыграло решающую роль для Юрика. Надо отметить, что спустя много лет, можно признать – выбор Юрика был правильным и рациональным. Как минимум, мы получили мощную силовую поддержку.
  • 5-ая доска – Серебрякова. Турнир проводился в формате «4+1», т.е. четыре мальчика и одна девочка. Мы были вынуждены искать участницу. Не знаю, чем руководствовался Юрик, может, случайным совпадением фамилий с Алексеем. Серебрякова была крупной, самоуверенной. В шахматы играла очень плохо. Но знала правила, смело передвигала фигуры, и, пожалуй, всё. Уровень игры – максимум четвертый разряд, интерес к шахматам – нулевой. Только благодаря харизме Юрика, Серебрякова ездила с нами. Скорее всего, он рассчитывался с ней отличными оценками по физкультуре.

Конечно, после легкой победы в Кировском районе, у Юрика выросли крылья. Он не жалел ничего. Юрик отдавал нам не только свое время, расположение, но и деньги. Шутка ли, когда мы начали играть в Первенстве Москвы, Юрик от себя лично выдавал каждый день участнику команды деньги, чтобы мы хорошо питались и играли. Как-то Серебряков на эти деньги купил себе спартаковский значок (фирменная клубная атрибутика тогда только появлялась). Юрик это заметил и провел мягкую силовую воспитательную акцию, после чего… накормил голодного Серебрякова мороженым.

Для школы № 962 дебют на первенстве Москвы стал значимым событием. Все остальные исторически сильные шахматные районы узнали, что в шахматном мире существует еще и Кировский район. Уже в первом туре нам выпало играть с командой Перово, которая обычно уверенно входила в тройку сильнейших школ. Настрой капитана команды Перово был очень расслабленный. На нас смотрели, как на диких, вышедших с окраины Москвы аборигенов. Первая сенсация состоялась уже через два часа (на партию отводилось по 1 часу каждому шахматисту): никому неизвестная школа №962 выиграла матч со счетом 3:2. Мы сразу проиграли на 4-ой и 5-ой доске, но первые три стояли насмерть. Юрик был за нашими спинами, и, пожалуй, он был единственным, кто верил в положительный результат. Решающее очко принес 7-летний Саша Захаров, обыгравший возрастного перворазрядника из Перово, чем привел в полнейшее недоумение представителя команды Перово. Кто эти люди, откуда они взялись?

Также очень быстро среди тренеров разошлась информация, что возглавляет школу №962 крепкого телосложения человек, который не умеет играть в шахматы. Да, Юрика, было трудно не заметить – боксер среди шахматистов!

Шахматные результаты дебюта школы № 962 на первенстве Москвы были очень хорошими. На тот момент для нашего состава мы выжали максимум и финишировали в верхней половине турнирной таблицы. Геройствовали первые три доски, а две последние просто усердно приходили на игру, цепляя неявки и откровенно слабых соперников. Здесь опять же хочется отметить вклад Юрика. Только благодаря его железной дисциплине, команда добрала на всей дистанции минимум 2--3 очка. По спортивным результатам стало очевидно, что победа в «Белой ладье» невозможна без сбалансированности команды в целом. Но это были планы на будущее, а во время турнира участники команды первого созыва жили сегодняшним днем и отличались не только за шахматной доской.

Само первенство проходило в спорткомплексе Олимпийский, где шахматный клуб возглавлял Валерий Павлович Назаров. Человек неоднозначный, иногда в силу должности заносчивый и немного вредный. Особенно, когда кто-то из детей покушался на вверенное ему шахматное имущество. Судьба должна была свести Валерия Павловича с Мишей Бернадинером лицом к лицу, чтобы подарить всем окружающим незабываемое зрелище. Валерий Павлович вручную со свойственной ему педантичностью вел таблицу с результатами «Белой ладьи», используя набор из трех шариковых ручек: синей, красной и зеленой. И вот, ближе к завершению соревнования, кто-то из присутствующих дополнил образцовую таблицу собственными пометками. Валерий Павлович был в бешенстве и, стоя у таблицы, причитал: «Что за дети такие? Кто же такое мог сделать? Ох, ах, ох…». Стоявший рядом и изучавший таблицу Миша Бернадинер немедленно отреагировал в остро атакующем стиле – «Безобразие! Ах, какое безобразие! Ой, ой, ой!» Нервы Валерия Павловича не выдержали такого испытания, и реакция была соответствующая – «Это похоже на издевку! За это можно и ответить!» Сразу же подошел наш Юрик. Но он слышал только последнее знакомое ему из повседневной жизни предложение. Юрик сразу вступил в разговор: «Кто там хочет ответить? Какие вопросы к школе № 962?» Миша отступил, Валерий Павлович уперся в широкую грудь Юрика и сразу успокоился. Ему стало легче, а школа № 962 еще больше подняла свое реноме на шахматной арене. Надо отдать должное Юрику: он потом в кулуарах разобрался в инциденте, и Мише был сделан строгий выговор. Правда, без применения методов силового воспитания.

Усталость после партий была бешеная, а ведь, вернувшись домой совсем уже поздним вечером, мы еще и уроки успевали сделать. Зато на обратной дороге мы могли позволить себе на станции метро «Проспект мира» бросать монетки с эскалатора, которые у нас оставались от карманных денег Юрика. А потом пытались найти их на спуске. Было забавно, а Юрик поощрял эти шалости: детская психика перезагружалась, работоспособность была на высоте!

Интересно также, что наша четвертая и пятая доска практически необременённые шахматными заботами (даже фамилии одинаковые – Серебряков и Серебрякова) в ходе "Белой ладьи" почувствовали симпатию друг к другу. Юрик сразу уловил этот важный момент для формирования команды на будущий год. Как руководитель, он был на высоте – коллектив объединился, состав стабилизировался и представлял собой угрозу для любого, кто пребывал в расслабленном состоянии! Это были символические крылья любви, которые, как и сам физрук Юрик, не имели отношения к шахматам, но без них "Легенда-962" никогда бы не появилась. А впереди школу №962 ждал новый отборочный цикл "Белой ладьи" 1989-1990 гг.

Вернуться к Оглавлению

 

 

2. Заключительный громкий аккорд Юрика

С открытием Шахматной школы «Этюд» в Кировском районе Москвы конкуренция серьезно обострилась. Лучшие шахматисты, в основном, собрались в ШШ «Этюд» и были на виду у основателя школы Александра Петровича Бодиско. Надо отдать должное Александру Петровичу, он сразу же уловил значение соревнования «Белая ладья» для общесоюзной известности и со свойственной ему энергией и педагогическим умением взялся за дело.

Важно отметить, что Александр Петрович занимался с шахматистами от второго разряда и выше, поэтому Захаров Саша не сразу попал в поле его зрения. Начинающих шахматистов сначала в Кировском доме пионеров, а потом и в ШШ «Этюд» тренировал Леонид Васильевич Бетин, которого так и называли – Первый тренер.

 

Главными и бесспорными лидерами в "пионерском возрасте" до 14 лет были Евгений Наер, Илья Шашнов и Сергей Богатыревич. Евгений и Сергей проживали по-соседству на Юрловском проезде и учились в школе №606. Соответственно при этих исходных данных Александр Петрович принял очень логичное решение – он сделал школу №606 базовой для формирования команды к участию в «Белой ладье» от ШШ «Этюд». Состав школы №606 на вид был очень хорош для будущей победы в первенстве пионерских дружин Кировского района:

  • 1-ая доска – Евгений Наер. Женя наш лучший ученик и уже тогда не вызывал сомнения его фантастический шахматный талант, человеческие качества, преданность ШШ «Этюд». Первая доска была готова для участия в соревновании любого уровня. Кроме этого, Женя был еще и очень сильным кандидатом в мастера.
  • 2-ая доска – Сергей Богатыревич. Сочетание фантастического напора, разносторонней эрудиции, физической силы и, разумеется, шахматных качеств. Перворазрядник Сережа 1976 г.р. был на год старше Жени и Ильи, что на этом этапе играло немаловажную роль. Очень сильная вторая доска.
  • 3-я доскаПух. Не помню точного имени и фамилии, но прозвище было Пух. Пух был возрастным второразрядником, что для третей доски на районных соревнованиях считалось большой находкой. Роль Пуха в «Легенде-962» ограничилась тем, что он вручную сделал игру МОНОПОЛИЯ, и мы рубились в нее на соревнованиях пара на пару в свободное от шахмат время. Александр Петрович не любил эти капиталистические веяния и презрительно называл МОНОПОЛИЮ «Шеш бешем».
  • 4-ая и 5-ая доски – ничем не отличались от Серебряковых из школы №962, т.е. по шахматным критериям здесь между школами было полное равенство.

Встреча школ №606 и №962 была неизбежна, как и знакомство Александра Петровича с Юриком…

В 1989 году районная Белая ладья, разумеется, проходила в ШШ «Этюд». К тому моменту Александр Петрович уже четко выстроил вертикаль власти, замкнул на себе всех сильных шахматистов и почти полностью владел ситуацией по уровню готовности юных шахматистов. По его оценке в главном матче отбора школа №606 должна была взять верх над школой №962, и далее он планировал спокойно на имевшейся базе доукомплектовать состав из учеников Этюда перед первенством "Белая ладья" города Москвы.

На занятиях в ШШ «Этюд» мы уже успели познакомиться друг с другом и ближе к отборочному соревнованию немного дебатировали о наших шансах. Помню, в этих дебатах ставка делалась на блицкриг на первых трех досках, причем на третьей доске у школы №606 очко было по умолчанию (Пух был старше и опытнее меня), а Женя и Сережа должны были показать свою лучшую игру, причем, в целом, они немного превосходили Илью и Мишу. Александр Петрович придерживался такого же плана и усиленно готовился к районному матчу года. Ставки были сделаны.

Течение турнира, проходившего в начале учебного года, шло совершенно предсказуемо. Перед заключительным игровым днем уверенно лидировали школы №606 и №962, все должны было решиться в очном поединке. Александр Петрович в родных стенах обеспечивал полную шахматную поддержку школе №606. Юрик демонстрировал железную дисциплину, сыгранность команды и вселял в нас общую уверенность.

Но, увы, Юрик не мог оказать нам чисто шахматную поддержку. И здесь, роль шахматного тренера школы №962 взял на себя папа Ильи Шашнова – Геннадий Анатольевич, который был очень сильным кандидатом в мастера и, конечно, не мог остаться в стороне в такой поворотный момент соревнования. Железная логика, математический склад ума, а также шахматные знания позволили Геннадию Анатольевичу увидеть главное – нам нужно было удержать равновесие на первых трех досках, 4-я и 5-я доски у нас были чуточку сильнее, и этого должно было хватить для победы. Поэтому Илья пригласил меня в гости накануне матча (мы жили в домах напротив по улице Каргопольская, в двух минутах ходьбы друг от друга). Под руководством Геннадия Анатольевича провели полноценную профессиональную шахматную подготовку к партиям в домашних условиях. Общий план был таким: Илья должен был в вязкой борьбе постараться нейтрализовать Женю.  Моя задача - не торопиться, поставить крепко дебют (в этом мне очень помогли рекомендации Геннадия Анатольевича). Далее нужно было оценить, насколько силен Пух, и как в целом складывается матч на других досках. Миша Бернадинер был трудно поддающимся для работы шахматистом из клуба имени Петросяна (стратегический и идеологический соперник ШШ «Этюд»), поэтому разумнее было решить вопрос в матче нашими этюдовскими силами.

Решающий матч состоялся в зале №1 ШШ «Этюд», столики стояли вдоль дальней торцевой стены – школа №606 уже изначально символически оказалась немного «прижата к канатам». Команды были в оптимальных составах, Александр Петрович и Юрик - готовы на 100%.

Сразу же завязалась ожесточенная борьба, причем на всех досках. Первый гром грянул на 3-й доске. Захарову Саше удалось внешне очень легко «снять» с пробега опытного второразрядника Пуха. Через некоторое время школа №606 отыгралась. Победил Сергей Богатыревич. Илья Шашнов удержал равновесие на 1-й доске. Матч складывался по нашему сценарию, равенство на первых трех досках 1,5:1,5. Мы перекинули свое внимание на 4-ю и 5-ю доски.

У Серебрякова было лучше, но соперники играли настолько плохо, что мы порекомендовали Юрику предложить в этой многострадальной партии ничью. Дело в том, что Серебрякова выигрывала, у нее было огромное материальное преимущество… Юрик прислушался, и Серебряков дисциплинированно исполнил распоряжение руководителя команды. 2:2 и огромный материальный перевес на 5-й доске. Напряжение достигло своего пика!

Вокруг двух плохо игравших девочек собрались все: Александр Петрович, Юрик, участники команд, Геннадий Анатольевич и Сергей Иванович (папа Захарова Саши), приехавшие после работы поддержать нас.

Материальное преимущество Серебряковой трансформировалось в чистые две ладьи, и здесь выяснилось, что она не умеет ставить линейный мат. На расстоянии от доски мы все-таки с трудом смогли донести до Серебряковой правильную технологию постановки линейного мата, и она со свойственной уверенностью взялась за дело. Проблема возникла, когда король черных по диагонали дошел до последней горизонтали. Серебрякова поставила под бой ладью и уверенно объявила: «Мат!» Девочка из школы №606 очень обрадовалась, что, наконец-то, закончились мучения в совершенно неинтересной игре, и остановила часы. Занавес… ?

Повисла пауза, Александр Петрович включился первым: «Мата нет, партия продолжается!». Наше шахматное сознание точно понимало, что при продолжении партии через исполнение единственно возможного хода по взятию ладьи, Серебрякова ни при каких условиях не сможет поставить мат ладьей, т.е. получится ничья. И здесь настал звездный час нашего Юрика, который громко и четко обозначил свою позицию: «Часы остановлены – партия закончена!». Мы тоже начали шуметь!

Бедные девочки! Шахматы для них были чем-то совершенно не нужным – они не понимали, почему столько мужиков столпилось около этой несчастной доски для выяснения отношений. Их партия стала настоящим шахматным Сталинградом! Александр Петрович, смерив взглядом Юрика, оценил шахматные перспективы, наверное, и многое другое, а потом принял мудрое решение, признав поражение в партии и матче с общим счетом 3:2.

Школа №962 выиграла отборочный турнир и получила право на представление Кировского района на первенстве "Белая ладья" города Москвы. Юрик, Геннадий Анатольевич, Сергей Иванович, ну, и конечно, мы сами были очень рады и принимали заслуженные поздравления. Уже на следующий день 8-летний Саша Захаров перешел от Леонида Васильевича Бетина к Александру Петровичу Бодиско и начал заниматься в общей группе со старшими ребятами в ШШ «Этюд». Для участия в московской "Белой ладье" школа №962 заслуженно стала надежной бухтой.

Вернуться к Оглавлению

 

 

3. Эльдорадо в дыму победы

Подготовка будущих профессионалов в шахматной школе «Этюд» была поставлена Александром Петровичем на поток, все работало, как часы. Этюд набирал обороты ежедневно и прочно занял свое место среди ведущих шахматных школ Москвы. Конкуренция во всех возрастах в ШШ «Этюд» была жесточайшая, например, Захаров Саша начинал играть на 8-ой доске в четвертой команде. Среди взрослых ребят (старше 14 лет) можно выделить братьев Кискиных, Крайцберга, старшего Бетина, Аполлонова, Яковлева, сестер Жучковых, Герасимову, Виноградова, Павленко, Команова, Двалишвили, Богаудинова, Морева, Матвеева, Блинкова и многих других. Все сильные перворазрядники и кандидаты в мастера – золотая россыпь очень сильных, самобытных и ярких шахматистов. Например, много лет спустя, когда Миша Крайцберг уже переехал на постоянное место жительства в Израиль, находящийся в расцвете сил великий чемпион мира Гарри Каспаров в середине 90-х годов проводил в Иерусалиме сеанс одновременной игры. Об этом сеансе писали в шахматной прессе и сообщали по центральному телевидению. Единственную победу одержал выпускник шахматной школы «Этюд» Михаил Крайцберг. Надо напомнить, что в то время Гарри Каспаров настолько превосходил соперников, что выигрывал матчи у сборных стран в формате сеанса одновременной игры! Непрост был Миша, и школа у него была соответствующая!

На такой базе Александру Петровичу предстояло в одной средней школе №962 объединить лучших для победы на "Белой ладье". Требовались недюжие менеджерские качества. И главным препятствием было нежелание менять школу, т.к. в советском прошлом такое учебное заведение находилось по месту жительства в ближайшем дворе.

Первой и главной целью Александра Петровича естественно стал перевод Жени Наера и Сережи Богатыревича из школы №606 в школу №962, находившуюся на расстоянии 25-минутного быстрого пешего шага.

Фактически успех в этом направлении решал вопрос с 1-й и 3-й досками будущей команды. Александр Петрович очень долго уговаривал маму Жени Наера – Марию Зиновьевну, которая совершенно логично возражала против перехода. Зачем куда-то далеко ходить, если есть школа прямо во дворе?

Надо отдать должное Александру Петровичу. После длительных уговоров и осады крепости, ему удалось привести железный аргумент: «Да, Вы что Мария Зиновьевна, я же был в этой школе (№606)! Как же можно в ней оставаться, там же одни хунвейбины!!!». В этой живой фразе был весь полный энергии Александр Петрович, причем под хунвейбинами он понимал совсем не героев-революционеров. Мария Зиновьева и ее подруга – мама Сережи Богатыревича постепенно капитулировали и были подготовлены к визиту в школу №962 и разговору с Ларисой Александровной Поляковой. Еще два мощных корабля – директоры шахматной и общеобразовательной школ – плыли навстречу друг другу.

Итоговый разговор прошел в легендарном кабинете Ларисы Александровны, где мы спасались от карающей руки завуча, и нам прощали мелкое хулиганство, прогулы и другие разнообразные формы нарушения учебной дисциплины. Александр Петрович в присутствии двух мам со свойственным ему энтузиазмом развернул яркие картины будущих спортивных шахматных триумфов. Спокойно выслушав его эмоциональное выступление, Лариса Александровна отреагировала мега рационально: «То, что Вы, Александр Петрович, обещаете какие-то места и призы школе, я ни на минуту в это во всё не верю! А детей ваших – я, разумеется, беру.» Всё дело в том, что в старших классах молодой школы №962 не хватало интеллигентных умных ребят, нужно было срочно разбавлять сомнительный полубандитский контингент варягами, пока свои не подросли. Каждый выстрелил в десятку, а Женя и Сережа влились в учебные будни школы №962. Кроме этого, ходе переговорного процесса Сергей Богатыревич в свойственном ему стиле «Моя дорога от дома до школы занимает 23 минуты!» зафиксировал законное право на опоздание к первому уроку, которым изредка пользовался в течение учебного года.

Относительно спокойно Александр Петрович решил вопрос с сильной «женской» доской. Изначально в ШШ «Этюд» была Алла Пилипюк, которая своим подходом к игре и шахматной силе напоминала известных сестер Полгар, частенько обыгрывая сильных ребят своего возраста. Но характер ее папы был несовместим с методами Александра Петровича, поэтому они достаточно быстро разошлись. Об Алле мы мало, что потом слышали – громких шахматных результатов не было. Как раз примерно в то же время в ШШ «Этюд» появилась красавица Оля Лысова, которая, несмотря на свои 9 лет (1980 год рождения), была одной из ведущих юных шахматисток Москвы. К красоте Оли прилагался полный комплект сопровождения: папа + дедушка (оба сильные шахматисты уровня кандидата в мастера) и бабушка Нина Михайловна, которая в последующем вместе с нами ездила на финальные всесоюзные соревнования. На начальном этапе Александру Петровичу довольно сложно было общаться с такой группой всесторонней поддержки. Но Оля была действительно очень талантливой и сильной шахматисткой (среди нас, она, пожалуй, быстрее всех стала звездой всесоюзного уровня). А мечта о победе была мощной движущей силой и в конечном итоге балансирующим политическим фактором. Тем более, родители легко согласились на перевод в школу №962, причем Оля потом с удовольствием в ней училась.

Итак, первые три «мужские» и «женская» доски были безусловно надежно укомплектованы, а открытым вопрос оставался только в отношении 4-й доски. Надо отметить, что тогда многие не видели всего масштаба работы и переживаний, которые выпали на долю Александра Петровича. Только сейчас, собрав воспоминания от всех участников процесса, можно восстановить более-менее достоверную картину.

Для начала остановимся на претендентах, которые попали в поле зрения Александра Петровича. К ранее упомянутым Мише Бернадинеру и Саше Захарову, добавились сильные перворазрядники Юра Прокопчук, Дима Лаптев и Сережа Сказобцев. Ребята были одного возраста (1976 года рождения), дружили – «не разлей вода». На занятия в ШШ «Этюд» ходили организованно вместе, участвовали в одних турнирах. Ясно, что такому резерву могла бы позавидовать любая команда-участница "Белой ладьи". Пять достойных претендентов – одно место в команде. Кого ставить, как решить задачу? Александр Петрович и в этой ситуации проявил себя, как настоящий Генеральный менеджер, интуитивно решая задачу методом последовательного приближения к достижению цели.

Первым шагом стал перевод единой тройки в школу №962, что глобально расширило выбор, повысило и без этого жесточайшую конкуренцию. Ребятам это было преподнесено, как аванс. Они спокойно продолжали тренироваться в ШШ «Этюд» и участвовать в календарных турнирах шахматной школы. Александр Петрович прекрасно понимал, что московскую Белую ладью, даже в случае ошибки с 4-й доской, мощнейший состав школы №962 выиграет без проблем. Ему крайне важно было понять, что из себя представляет Миша Бернадинер, который занимался в школе имени Т.В. Петросяна, и насколько быстро растет мастерство совсем юного Саши Захарова. Поэтому с Мишей мы играли попеременно, но, разумеется, более старший по возрасту и званию официально числился основным игроком.

Московская «Белая ладья» прошла предсказуемо, и завершилось уверенной победой школы №962. Причем, Александр Петрович, сильно не вмешивался. На матчи с нами ездил Юрик, от которого требовалось поддерживать дисциплину. В первый же день Юрик, по сути, на 5+ исполнил свою роль. Вся команда в игровой день, который состоял из двух матчей, собиралась около школы №962 с большим запасом по времени на дорогу и, ведомая Юриком, двигалась в сторону спорткомплекса «Олимпийский». Правило само по себе очень хорошее: мы весело проводили время в дороге, травили анекдоты, напевали песни, шутили и, конечно, повышали общую сплоченность коллектива. Созданную Юриком еще с прошлого года традицию рискнул нарушить Сережа Богатыревич, который сказал, что ему удобнее ехать из дома, и он не видит смысла в массовых шествиях. Юрик промолчал, видимо, ожидая своего педагогического звездного часа.

Основные проблемы у Сережи начались с того, что он не знал, где именно в СК «Олимпийский» располагается шахматный клуб. От центрального входа нужно идти влево причем довольно приличное расстояние, практически половину окружности. Сережа ездил на турниры строго по принципу «just-in-time», поэтому поворот направо предопределил его опоздание на 15 минут, несмотря на ширину и скорость шага. Мобильных телефонов и интернета тогда не было.

Мы приехали на первый тур в прекрасном настроении минут за 20 до начала, расселись и стали ждать Сережу. Чем ближе было начало, тем мрачнее становился Юрик, который еще точно не понимал шахматную силу нашей команды, способной и за полчаса с сухим счетом обыграть слабого соперника по первому матчу. Спустя 10 минут, Илья, как капитан команды, подошел к Юрику и спокойно разъяснил, какие есть варианты в соответствии с действующим регламентом. Во-первых, мы могли просто начать играть четырьмя из пяти участников, в таком случае мы сразу получали ноль на доске Сережи. Во-вторых, мы могли ждать, т.е. не начинать игру ни на одной из досок до прихода Сережи. Мы, конечно, готовы были подождать минут 20, эта фора при часовом контроле без добавления времени не представляла проблемы. Юрик, опасаясь, что кто-то не выдержит и сделает раньше времени ход на своей доске, скомандовал: «Встали, гуляем!» Искусственно созданное напряжение нарастало.

Примерно через 15 минут появился сбившийся с ног, запыхавшийся Сережа, которого Юрик встретил суровым вопросом: «Богатыревич?!?». На что Сережа в своем остро атакующем стиле парировал: «Допустим!»

Мы, понимая нерв ситуации, стали суетливо под команду «Сели!» рассаживаться по доскам. Первым усадили Сережу за 3-ю доску, а Юрик понял, что некогда отвлекаться и с педагогическим уроком можно немного повременить. Матч довольно быстро закончился со счетом 5:0, как и следующий в этот же игровой день. Юрик сиял, как начищенный самовар. Сережа все понял без урока и на следующие матчи ездил вместе со всеми. Машина под номером 962 уверенно прокатилась по московской "Белой ладье" 1989 года, за несколько матчей до конца соревнования вопрос о победителе был снят.

Боксер-физрук и просто отличный мужик – Юрий Анатольевич Иванов заслуженно получил СВОЮ золотую ШАХМАТНУЮ медаль! Это был звездный час его неожиданной карьеры шахматного тренера -- представителя школы № 962. Буквально через пару лет Юрик уволился из школы и занялся более востребованными и прибыльными в начале лихих 90-х делами. Возможно, на заключительном этапе перестройки только сочетание шахмат с боксом могло дать такой уверенный победный результат. Спасибо, Юрий Анатольевич, мы Вас помним и не забываем, низкий поклон!

Вернуться к Оглавлению

 

 

4. Решение уравнения с одним неизвестным

На решение вопроса о составе школы №962 на первую всесоюзную "Белую ладью" у Александра Петровича было примерно полгода. Ввиду ограниченного бюджета в Краматорск (именно этот город Советского Союза был выбран шахматной ареной для пионерских дружин в 1990 году) должны были поехать вместе с тренером пять учеников школы №962 (1976 г.р. и моложе): четыре мальчика и одна девочка. Вариант с запасными игроками даже не рассматривался – это была непозволительная роскошь по тем временам.

В шахматном плане среди всех претендентов объективно сильнейшим был Сергей Сказобцев. Он считался самым талантливым из "дружной тройки" Лаптев – Прокопчук – Сказобцев. В свою очередь, Михаил Бернадинер, как старожил команды школы №962 (он начинал выступать еще в доэтюдовские времена), абсолютно не сомневался, что минимум 4-я доска забронирована за ним.

При таком непростом выборе Александр Петрович Бодиско проявил мудрость, жесткость и, возможно, смог заглянуть в будущее. Ему было понятно: без опыта участия с первого раза «Белую ладью» не взять. Путь к чемпионству объективно тернист, команда в любом случае не созрела.

Первым, кого «отцепил» Бодиско стал Миша Бернадинер, который был заочно обвинен в «крючкотворстве». Под «крючкотворством» Александр Петрович понимал черты характера несопоставимые с его методами работы. В этом смысле Миша был идеальным «крючкотвором»: хитрым, умеющим остро высказываться (чего только стоит случай, например, с Валерием Павловичем Назаровым в СК «Олимпийский»), неуправляемым, ставящим свои интересы выше командных. Последней каплей в море эмоций стал «заход» к Александру Петровичу одного из старших и авторитетных этюдовцев – Владимир Хвалько. Он решил вступиться за кандидатуру своего друга Бернадинера, обосновывая в личном разговоре свою позицию тем, что для Миши – это последний шанс, который он заслужил. Такой диалог был абсолютно неприемлем для Бодиско, который многократно приглашал Бернадинера с родителями на так и не состоявшийся разговор по душам. Фактически искренний дружеский шаг Хвалько «закрыл» "Белую ладью" для Михаила Бернадинера.

Неожиданно решился вопрос с «дружной тройкой». В апреле 1990 года после очередного занятия в шахматной школе «Этюд» ребята вместе выдвинулись по домам. Привычную дорогу им преградили те самые «хунвейбины» Кировского района (об их существовании всегда предупреждал Бодиско, в том числе мам Евгения Наера и Сергея Богатыревича), отобрали деньги и немного поколотили. Надо сказать, что во времена до открытия станции метро "Отрадное" (март 1991 года), дорога к шахматной школе «Этюд» была сопряжена с объективными опасностями, а само здание по четной стороне улицы Римского-Корсакова представляло собой незавершенное строительство от дома №8 до дома №2. Возведением самого протяженного в Москве жилого дома занимались стройбатовцы, которые делали это без особого энтузиазма, непринужденно превратив прилегающую территорию в полукриминальную. Мы редко ходили по одному и все равно сталкивались с мелкими хулиганами. Отбивались в каждом конкретном случае индивидуально, тогда было не принято делиться этими проблемами с родителями или взрослыми. «Дружная тройка» нарушила это золотое правило и сообщила об инциденте родителям, а те, в свою очередь, пришли к Александру Петровичу за сочувствием и пониманием. Такая слабость характера полностью противоречила жизненным принципам основателя ШШ «Этюд»: ни сочувствия, ни понимания в его лице они не нашли. Зато родители с удивлением выслушали громкий монолог Бодиско про «сопли-вопли», «чих-пых», «гоп-стоп» и прочее. В общем, на следующий день три перворазрядника с кандидатскими баллами «сбежали» в Бабушкинский дом пионеров, подальше от педагогического таланта главного тренера победителей московского этапа турнира «Белая ладья». Буквально осенью того же года в высшей лиге командника «8+2» могучая шахматная школа «Этюд», ведомая Евгением Наером, Ильей Шашновым и Сергеем Богатыревичем, в выездном матче разгромила Бабушкинский дом пионеров. В одной из партий 9-летний Саша Захаров обыграл белыми в фирменной этюдовской закрытой сицилианке Сергея Сказобцева.

Впрочем, за решением Александра Петровича стояли не только политические факторы, но и пристальное наблюдение за результатами 8-летнего Саши Захарова. В декабре 1989 года в Дзержинском доме пионеров на проспекте Мира (в конце 80-х – начале 90-х Виссарион Леонидович Кондратьев вывел игровую площадку и сборную Дома пионеров на высокий московский уровень) состоялось первенство Москвы до 10 лет. Саша Захаров дебютировал в финальных турнирах Москвы своего возраста (играли дети 1980 г.р. и моложе). Ход турнира показал отличную подготовку учеников ШШ «Этюд». По итогам 2-е и 3-е место достались воспитанникам ШШ «Этюд» - Александру Берковичу (1980 г.р.) и Александру Захарову. Причем Беркович уверенно лидировал практически весь турнир, но в решающей партии уступил будущему чемпиону Александру Кундину. Интересно, что дороги с Кундиным, эмигрировавшим в Израиль в начале 90-х, пересеклись у Александра Захарова на чемпионате Европы до 16 лет (Таллин, 1997 год). Но это уже совсем другая история. Помимо этого, 3-е место младшего возраста дало Захарову Саше право сыграть в первенстве Москвы до 12 лет в январе 1990 года. Сомнений по участию никаких не было, а Бодиско еще раз убедился, что на четвертой доске у него в команде будет играть вовсе не «маленький статист». Всю дистанцию в СК «Олимпийский» (лучшая на тот момент игровая площадка Москвы для массовых шахматных соревнований) будущий самый юный участник "Белой ладьи" 1990 года провел в плотной группе лидеров, проиграл всего две партии, выиграл пять и две сыграл вничью. В итоге 6/9 с лучшими шахматистами Москвы 1979 и 1978 годов рождения! В параллельном первенстве до 14 лет (все играли в одно время в СК «Олимпийский») Евгений Наер показал класс старшим товарищам, впервые стал чемпионом Москвы и попал в рубрику «Запомни это имя» в газете «Комсомольская правда». Сергей Богатыревич (лидировал в первой половине турнира) и Илья Шашнов завершили турнир в первой десятке!

В апреле 1990 года состав школы №962 на всесоюзный турнир «Белая ладья» еще не был официально объявлен, но, конечно, уравнение с одним неизвестным Александр Петрович Бодиско решил:

  • Доска №1 – Евгений Наер (1977 г.р.).
  • Доска №2 – Илья Шашнов (1977 г.р.).
  • Доска №3 – Сергей Богатыревич (1976 г.р.).
  • Доска №4 – Александр Захаров (1981 г.р.).
  • Доска девочек – Ольга Лысова (1980 г.р.).

Подготовка шла полным ходом, впереди был Краматорск (1-13 июня 1990 года), где каждого из нас ждала встреча с неизведанным. На всесоюзном уровне мы никогда не играли, а Александр Петрович – не тренировал.

Вернуться к Оглавлению

 

 

5. КРАМАТОРСК – сенсационное серебро с первой попытки!

Годы спустя начинаешь по-новому осмысливать решения, принятые выдающимся детским тренером, основателем шахматной школы «Этюд» Александром Петровичем Бодиско. Зачем после открытия школы в 1988 году он сразу взял курс на «Белую ладью»? Александр Петрович изначально распространял свои амбиции на весть могучий Союз Советских Социалистических Республик и стремился к узнаваемости ШШ «Этюд» именно на всесоюзном уровне. Через жуткое по конкуренции первенство Москвы в каждом возрасте (раньше была «чётная» градация «до 10 лет», до «12 лет» и т.д.) на Союз отбирался всего один (!) юный шахматист – чемпион Москвы своего возраста. А с учетом того, что в Москве работали мощнейшие школы «Дворец Пионеров», школа Т.В. Петросяна, районные Дома пионеров, выход на всесоюзную арену можно было сравнить с выигрышем в лотерею. Поэтому, заметив разобщенность в шахматном школьном движении, Александр Петрович увидел путь, который вывел не одного гениального фанатика-одиночку, а целых 5 учеников ШШ «Этюд» на всесоюзную арену под его тренерским началом. Фактически создание в Москве на базе спортивной шахматной школы мощной школьной команды – это патент шахматной школы «Этюд». Насколько тернист был путь Александра Петровича рассказано в предыдущих главах.

При подготовке команды Александр Петрович не верил ни в какие сторонние методики, он верил только себе, своему опыту, т.к. в одном лице нес полную ответственность по спортивной и организационной части. Кратко резюмируя тренерское кредо Бодиско, можно выделить следующие три базовых элемента:

  • Авторитарный стиль управления.
  • Партия со взрослым шахматистом, как 10 партий со своими сверстниками (разделял подход Рустема Камского, с которым был знаком).
  • Команда должна быть сплоченным коллективов из учеников ШШ «Этюд», а каждый ее участник – гармонично развитым интеллектуально и физически ребенком (Александр Петрович на дух не выносил «гениальных» юных шахматистов-фанатиков в комплекте с соответствующими родителями. Истории про Аллу Пилипюк и «сопли-вопли» стали предметом воспоминаний в предыдущих главах).

Надо сказать, что творческое кредо могло и не сработать. Но «Отрадное» тех лет с его «шикарным» широко расслоенным по уровню интеллекта и доходов населением (напомним, что во многом благодаря «хунвейбинам», в школе №962 появились Сергей Богатыревич и Евгений Наер) было прекрасным фундаментом для практического воплощения тренерских задумок. Скорее всего, где-нибудь в центре Москвы такой авторский подход А.П. Бодиско привел бы к полному провалу.

В шахматной школе «Этюд» на постоянной основе работал клуб для всех желающих. А когда по вечерам в будни или воскресный день собирались «заводчане», чтобы сыграть на первенстве Кировского района или просто принять участие в турнире, можно было сразиться с крепкими перворазрядниками или мощными кандидатами в мастера советской шахматной школы. Мы были полностью обеспечены мотивированными сильными взрослыми соперниками.

Любопытно, что на турнирах такого формата никогда не было призов, изредка грамоты и медали, но страсти кипели нешуточные, борьба велась «не на жизнь, а на смерть», и именно в таких турнирах «закалялась сталь» будущих дебютантов всесоюзного первенства «Белая ладья». В один такой прекрасный воскресный день наш капитан Сергей Богатыревич сошелся в «смертельной схватке» с заслуженным пенсионером Зинковичем -- крепким перворазрядником с двумя кандидатскими баллами. В тот период Сергей Богатыревич очень любил поправлять фигуры, уделяя особое внимание ориентации своих и чужих коней (они должны были стоять повернутыми строго вперед, что стало предвестником будущей истории по расположению кровати в номере). Фигуры поправлялись после каждого хода, что вызвало недовольство Зинковича, который хотел, как минимум своих коней повернуть влево для удобства перемещения. Шахматная составляющая закономерно померкла (соперники обменивались язвительными репликами, обсуждая, как часто и за чье время можно поправлять фигуры; можно ли поправлять чужие фигуры и прочее). В самой партии опыт взял верх. Победный ритуал оформления бланков Зинкович завершил мощнейшим словесным «SlamDunk»: «Подписывай бланк. Сиди и сопи в две дырочки!». Но не тут-то было! Сергей, с его обостренным чувством справедливости ответил жестко: «Сами сопите. Бланк подписывать не буду!». Оскорблённый победитель в партии Зинкович ворвался в кабинет Бодиско со словами: «Ваш мальчик не подписывает бланк!», но не встретил особой поддержки. Александр Петрович подчеркнуто вяло отнесся к инциденту, зафиксировал в турнирной таблице результат партии и, не вдаваясь в подробности, отправил победителя вместе с бланком анализировать партию в спокойных домашних условиях.

Еще один интересный случай, иллюстрирующий накал борьбы между учениками ШШ «Этюд» и взрослыми шахматистами, произошел в блиц-партии Крайцберг – Щебетов. Опытный кандидат в мастера Щебетов «давил» Мишу Крайцберга, который держался изо всех сил. Заслуженная победа не приходила, опыт никак не брал верх, а времени оставалось все меньше и меньше. В критической ситуации сначала фигуры стали неровно размещаться на клетках доски, а далее приобрели свойства свободного полёта. Каждый из соперников искренне полагал, что его оппонент являлся источником хаоса. Именно поэтому в какой-то момент Миша резко пережал часы за некорректный ход, но его соперник нажал в ответ. Крепкое «коромысло» механических советских шахматных часов «Янтарь» не выдержало одновременного неуступчивого нажатия на кнопки со стороны белых и чёрных и под силой шахматных ладоней прогнулось в обе стороны. Александр Петрович Бодиско увидел только концовку (две нажатые до конца кнопки часов), приведшую к очевидной порче имущества шахматной школы «Этюд». Под окрик «… два ч(?)удака» и юный, и опытный шахматисты были исключены из блиц-турнира.

Помню, что я очень редко играл со своими сверстниками, только в ключевых официальных турнирах учебного года (Первенство Москвы, Командное первенство 8+2).

Сплоченности в команде Александр Петрович добивался выездными турнирами. Особенно яркие выезды были на фестиваль «Селигерское лето». Игра в турнире со взрослыми кандидатами в мастера и с совсем старшими товарищами из ШШ «Этюд» (Дмитрий Саулин, Сергей Апполонов, Константин Свистунов и др.), футбол на свежем воздухе, рыбалка, пробежки по утрам, свободное общение вне шахмат без родителей и серьезного присмотра со стороны взрослых очень способствовали тому, что мы лучше узнавали друг друга. Даже при возникновении конфликтов, мы их улаживали именно на таких выездах. На официальных турнирах система работала без сбоев! Мы были единым коллективом, который верил в свои силы, а каждый поддерживал своего товарища по команде в любой ситуации (не помню ни одного случая, чтобы во время «Белой ладьи» кто-то позволил себе критиковать партнера по команде за неудачную партию). Нас правильно воспитывали и целенаправленно готовили к борьбе на высшем уровне с превосходящими по возрасту коллективами других городов. Интересно, что тогда это понимал только Александр Петрович Бодиско, а мы неосознанно двигались в заданном победном направлении!

В Краматорск на «Белую ладью» мы выехали на поезде, в коронном плацкарте в режиме административной экономии. Опыт поездок был огромный, в поезде мы чувствовали себя уверенно, а хорошие отношения внутри команды делали дорогу незаметной. У нас был один общий, кажущийся странным, по современным взглядам на жизнь, ритуал. Мы приезжали минут за 40, как дисциплинированные советские люди, и ожидали отправления поезда, наблюдая за нашими родителями и сопровождающими из окна. Почему-то не было принято заходить вместе с нами в вагон, а нам стоять на перроне. Через какое-то время «переглядки» из окна надоедали и мы начинали играть в «каплю», в дождливую погоду. На стекле каждый делал ставку на свою «каплю» в окне с внешней стороны. Побеждал тот, чья капля первой достигала нижней части окна.

Уже по дороге в Краматорск начал проявляться могучий потенциал команды средней школы № 962, капитаном которой был старший по возрасту Сергей Богатыревич (1976 г.р.). Дело в том, что в огромных неподъемных чемоданах Сергея были не одежда и не шахматная литература… С собой Сергей вез полный набор советского «качка»: эспандеры, гантели, ручные тренажеры и еще полный комплект для пинг-понга. Поджарый, энергичный Сергей подтягивался 50 раз, отжимался на одной руке. И все это при росте около 2 метров! Наш капитан со своим «отрадненским» характером никогда и никому ни в чем не уступал, от уличных драк и потасовок не уклонялся. Сложнее всего приходилось Сергею с Александром Петровичем в анализе проигранных партий, но и здесь он стоял на смерть, до «голых королей». В плацкарте Сергею досталась верхняя «боковушка», поезд тронулся. Нижняя боковая полка была закреплена, согласно билету МПС (Министерство Путей Сообщения в СССР) за солидным мужчиной в возрасте примерно 55 лет. Час спустя, задолго до «отбоя» мужчина начал суетливо собираться к отходу ко сну и настойчиво попросил Сергея освободить полку для расстилания постельного белья. Серёга чувствительно воспринял данное предложение, ведь в СССР частные инициативы всегда ставились ниже общественных интересов плюс полка была маловата для Сергея. Положив могучую руку по середине стола, Серёга выдал крылатую фразу: «Половина – Ваша, половина – моя!». Мы замерли, мужчина начал громко шуметь, призывая к диалогу руководителя детской группы. На шум подошел Александр Петрович, многие годы работавший в системе МИИТа (подведомственный железной дороге институт). В поисках сторонника по возрасту и советскому воспитанию, мужчина воззвал Александра Петровича к главному – уважению старших. Быстро разобравшись в ситуации, наш тренер поставил «ПАТ», когда сделал замечание Сергею и посоветовал мужчине читать правила МПС, согласно которым право на сон возникало после 21:00. Право было реализовано несколько часов спустя в установленном порядке при полном уважении конфликтующих сторон.

Все участники турнира «Белая ладья» жили в одной гостинице, а команда школы №962 расселилась в трех номерах. Александр Петрович жил в одноместном, Оля Лысова в номере с сопровождавшей ее бабушкой, а мы в двухкомнатном четырехместном номере (я размещался в комнате с Ильей Шашновым, Женя вместе с Сергеем). В нашем четырехместном номере мы почему-то не обнаружили внутреннюю межкомнатную дверь, что позволило сразу впихнуть в открытое пространство стол, поставить сетку и играть в пинг-понг. Забавный случай произошел почти сразу после заселения. Александр Петрович прошелся по номерам, чтобы определить место общего сбора для подготовки к матчам. Заглянув в комнату Сергея и Жени, Бодиско громко спросил: «Какой ч(?)удак так развернул кровать?» Да, одна из кроватей стояла явно не по советским ГОСТам и СНиПам, а по набиравшей популярность даосской практике «Фэн-шуй». Серёга спал головой на восток, мы не спорили, а Александр Петрович просто посмеивался!

Быт был организован достаточно просто, но с четким распорядком дня. Утренний подъем в 7:00 ввиду отсутствия близлежащих доступных спортивных сооружений сопровождался забегами по лестнице гостиницы (три серии «вверх-вниз»). Дальше нас ждали завтрак и дорога на матч. После матча «разбор полетов» на месте и вдогонку за обедом уже в гостинице, отдых, вечерняя подготовка к сопернику и обязательная совместная вечерняя прогулка с заходом на телеграф, чтобы позвонить домой. По возвращению нам предписывалось спать, но мы примерно до 23:00 пребывали в активной фазе. Во время отдыха чаще всего мы играли пара на пару (Женя с Серёгой против Ильи и меня) в самодельную монополию (ее изготовил известный по прошлым историям персонаж по прозвищу «Пух») и пинг-понг. А Сергей еще и выполнял ежедневный комплекс обязательных физических упражнений. Никаких других развлечений не было, телевизор в номере отсутствовал. Несмотря на внутреннее несогласие с некоторыми элементами распорядка дня, у нас была высокая самодисциплина, Команда после двухлетнего цикла подготовки приехала играть на самый ответственный турнир именно в этот период. Среди нас, пожалуй, единственной звездой всесоюзного уровня была Оля Лысова. Но ей предстояло играть с соперницами на 4 года старше, и уже по ходу турнира выяснилось, что Ольга Лысова – самая младшая участница на турнире! Мы не понимали свою силу, не понимал ее до конца и Александр Петрович (в последние годы команды из Москвы на «Белой ладье» обычно оказывались в середине турнирной таблицы).

Во времена СССР соревнование проходило с 1 по 13 июня в течение 13 дней (день приезда и день отъезда, день отдыха между отбором и финалом, десять дней по одному матчу). Играли в формате 4+1 (четыре мальчика и одна девочка), возраст «до 14 лет» (отсюда в названии турнира – «пионерские дружины»). Каждая команда играла 10 матчей. Пять отборочных туров проводили по швейцарской системе (на суммарное количество очков, набранных каждым участником команды). А дальше турнир разделялся в соответствии с занятыми местами на группы по 6 команд, которые продолжали по круговой системе распределять итоговые места.

На старте турнира игра на 4-й доске была каким-то волшебным сном. Мы играли матчи с командами, которые преимущественно возглавляли звезды всесоюзного уровня, чьи партии мы изучали по распечаткам (исходный текст на печатной машинке!) первенства СССР. Виорел Иордакеску (Кишинев), Дмитрий Слуцкер (Вильнюс), Ян Теплицкий (Ташкент) и многие другие. Эти ценнейшие материалы – прообраз современной шахматной мега базы были изучены «вдоль и поперек». Кроме этого в начале 90-х заметки с детского первенства СССР в журнале «64 -- Шахматное обозрение» перечитывались по 100 раз. В тех обзорах особенно интересен был Карен Асрян (вечная память светлому человеку!), ранние достижения которого вдохновляли на подвиги многих юных шахматистов, включая меня.

С первых матчей стало понятно, что у школы № 962 очень сильный состав, способный уверенно противостоять любому по возрасту сопернику. В третьем туре в нашей коронной Защите Берда я получил полный «жбан» к двенадцатому ходу от взрослого перворазрядника (с кандидатскими баллами) из Хабаровска с редкой фамилией Тен. Почему-то в голове крутилось, что по-английски Тен – это «десять», и я решил продержаться еще хотя бы 10 ходов. Наступил 23-й ход, потом 24-й, а выигрыша у белых всё не было (хотя моя позиция по-прежнему была хуже). На 33-м ходу белые начали мирные переговоры. Так формировалась внутренняя уверенность. На следующий день, 8 июня, мне исполнялось 9 лет, а команду школы № 962 вынесло на первый стол на матч с командой из Ташкента.

Думаю, подсознательно Александр Петрович адекватно оценивал наши шансы в матче с «дядями» из Ташкента (средний возраст команды визуально значительно превышал установленные 14 лет), и поэтому из нашего поражения со счётом 4:1 он выжал максимум организационной пользы. Нам устроили зверский «разнос» и припомнили игру в «шеш-беш» (так А.П. Бодиско называл монополию) после отбоя, халтуру при выполнении утренней зарядки, поставленную в номере кровать «головой на восток», тщательное пережевывание пищи во время еды (Сергей Богатыревич придерживался спорной теории, что это повышает качество питания). А «дяди» из Ташкента подыгрывали нашему тренеру ироничными выражениями про нарушение запрета на просмотр программы «Спокойной ночи, малыши!». Надо сказать, что Александр Петрович выбрал самый подходящий момент, чтобы пройтись по нам и персонально по Сергею, т.к. это поражение стало единственным у нашего капитана за весь турнир (итоговый результат 9/10 – абсолютно лучший в турнире и пик карьеры Сергея в детских шахматах).

По спортивной части в этом матче школа №962 ответила звонкой «оплеухой» на 4-й доске. Со мной играл настоящий «дядя-комсомолец», опытный КМС, которого только мое появление за шахматной доской и трогательные поздравления в этот памятный день от организаторов турнира с 9-летием настроили на неудержимо расслабленную волну. Каисса напомнила о себе моментально, а журнал «64 – Шахматное обозрение» зафиксировал для истории и персонально для «дяди» из Ташкента мою элегантную миниатюру (№15, август 1990 года)!

Справедливости ради, следует заметить, что команда из Ташкента была не только самой старшей на турнире, но и объективно самой сильной. Запомнились яркие партии на 1-й доске у Евгения Наера с Яном Теплицким – это были шахматы мастерского уровня! К сожалению, Ян выиграл обе партии. Все остальные участники нашей команды были объективно слабее своих оппонентов из Ташкента. Заключительный матч отборочного турнира мы провели на удивление уверенно и спокойно. А в итоге, команда школы № 962 с 5-го места «запрыгнула» в финальную пульку, где все предыдущие достижения «обнулялись».

В журнале «64 – Шахматное обозрение» упоминается посещение участниками в день отдыха (между отборочным турниром и финалом) «донецкой Швейцарии». Даже примерно не помню этого мероприятия. Вполне возможно, что мы остались в гостинице и серьезно готовились к решающим матчам. Нам несколько повезло, что в финальной части турнира первый же матч мы сыграли с командой из Ташкента. Опять 1:4 (у нас выиграл только наш капитан – могучий Сергей Богатыревич). И все «авторитетные» команды временно забыли о нашем существовании, списав предыдущие достижения школы № 962 на обычное везение. Забавно, что в ответной партии мой оппонент из Ташкента вместо Дебюта Сокольского из первой партии «поставил» крепкий Ферзевый гамбит, вел неторопливую позиционную игру, подолгу задумывался над каждым ходом... Каисса опять же не забыла отметить качественные изменения в поведении «дяди». После второго поражения от Ташкента обстановка в команде была абсолютно рабочей, Александр Петрович верил в нас и не сомневался, что все идет по плану, команда «на ходу»!

За три последующих матча команда школы №962 «вернулась» в игру. Евгений Наер и Сергей Богатыревич начали крушить своих соперников, а на оставшихся трёх досках в разных сочетаниях мы удерживали 50%-результат. Команда уверенно выходила на пик формы, как-то незаметно все турнирные и бытовые процессы стабилизировались. Интересно, что примерно в этот момент мы «нащупали» на центральном телеграфе неисправный междугородный чудо-телефон, по которому можно было без ограничения по времени разговаривать всего за одну 15-копеечную монетку. Наши хитрые конкуренты из Ленинграда «вычислили» московский секрет и терпеливо дожидались, когда мы наговоримся с родителями в Москве. К решающему матчу с Челябинском, который шел на втором после Ташкента месте и опережал нас на 2 очка, мы подошли в дележе 3-го места с командой из Ленинграда. Ленинград играл заключительный матч с Ташкентом.

Подготовка к решающему матчу проходила без отвлекающих внимание математических расчетов по турнирному раскладу. Мы просто приводили себя в оптимальное игровое состояние и готовили дебюты (непосредственно мне было вложено в руки оружие под названием «Защита Боголюбова»). Ощущения предстоящей сенсации не было, но жгучее желание сыграть свой лучший матч на турнире с сильным соперником безусловно присутствовало. В 7:00 участники команды добросовестно с непривычным рвением выполнили фирменную лестничную зарядку и впервые с начала «Белой ладьи» все вместе прошли «по Ботвиннику» достаточно большое расстояние до турнирного зала пешком.

В матче с Челябинском моя партия с Сашей Расиным (в итоге он показал лучший результат на 4-й доске – 7/10) полностью захватила меня с самого начала. Параллельно довольно быстро на 2-й доске Илью Шашнова продавил Владимир Боботков (неудобный соперник для Ильи, который еще дважды обыграл его в 1991 году на «Белой ладье» в Луганске). Оля Лысова восстановила статус-кво, а Женя и Сергей вдохновенной игрой вывели команду школы № 962 вперед 3:1. Оставалась решающая партия! И сейчас не могу сказать, у кого был лучше коэффициент при дележе, а в тот момент меня тем более интересовала только победа. Когда у обоих соперников осталось совсем мало времени (раньше играли без добавления на механических часах), я пошел «ва-банк», начались жертвы. Наверное, партия могла закончиться и с другим результатом, но удача улыбнулась мне. На падающем флажке заметил форсированный мат в три хода, который в итоге сплели ферзь с конем! Невероятный по составам и среднему возрасту участников счет матча 4:1 в пользу самой юной по составу команды школы № 962! Мы сыграли лучший матч на турнире и буквально «вырвали» свое первое серебро на 22-й всесоюзной «Белой ладье» 1990 года!

После достигнутого результата и до закрытия мы буквально плыли в тумане, мало понимая, что нам удалось совершить практически невозможное. При этом в такой невероятной суматохе мы успели еще и подать свои партии на творческие призы, которые в итоге были вручены Евгению Наеру, Сергею Богатыревичу и мне! Следует заметить, что награждение на «Белой ладье» было проведено на высочайшем для детских шахмат уровне. Помимо отличных качественных медалей и грамот нам вручили чайные сервизы и другие ценные подарки, что было большой редкостью в детских шахматных турнирах в те далекие годы.

Перед отъездом в Москву мы, как «дикие» люди из центральной части России, где в те годы даже вишня не всегда вызревала в естественной среде, с неописуемой радостью нарвали черешни с дерева и не послушались совета Александра Петровича съесть всё на месте. Зачем-то упирались, рвали и пытались довезти ценные ягоды до Москвы. Разумеется, безуспешно.

А вот настоящая слава «настигла» всех нас уже в Москве, когда в шахматную школу «Этюд» приехал корреспондент «Пионерской правды». Про среднюю школу № 962 и самого юного участника турнира 9-летнего Александра Захарова подготовили отличный репортаж, который впоследствии опубликовали в главной всесоюзной школьной газете. Из обычных учеников школы № 962 мы в одночасье превратились в звезд всесоюзного значения. Директор школы Лариса Александровна Полякова до сих пор бережно хранит наши награды в школьном музее и точно помнит, когда именно о «Легенде-962» узнали на необъятных просторах СССР.

Вернуться к Оглавлению

 

 

6. Программа А.П. Бодиско для подготовки непобедимой шахматной команды

После Краматорска выдающийся тренер А.П. Бодиско и не собирался почивать на лаврах. Александр Петрович признавал только первые места, поэтому Краматорск он всегда оценивал сдержанно, прекрасно понимая, что в 1991 году в его руках будет могучая команда, которую можно отнести к числу лидеров и потенциальным претендентам на победу. Конечно, ведь в команде были Евгений Наер и Илья Шашнов – старшие по возрасту (1977 г.р.), Ольга Лысова (1980 г.р.) – одна из сильнейших шахматисток СССР в своем возрасте, Александр Захаров (1981 г.р.) – прошедший Краматорск, один из сильнейших шахматистов Москвы своего возраста с бурной кривой прогресса. Но кто придет на смену Сергею Богатыревичу (1976 г.р.), чей вклад в наш успех в Краматорске невозможно недооценивать (напомним, что наш капитан показал лучший результат в турнире, набрав 9 из 10)? Сергей не мог уже играть в «Белой ладье» по возрасту, т.к. в 1991 году к пионерам относились школьники 1977 г.р. и моложе. Также нужно было понять, кто займет место капитана команды.

С капитаном команды вопрос решился очень легко. Илья Шашнов пользовался заслуженным уважением у всех участников, плюс между собой мы называли его «Шеф». Однажды Бодиско услышал это, улыбнулся, что-то подумал про себя и принял важное решение – в 1991 году капитаном команды будет Илья Шашнов. Интересно, что в уличных разговорах, например на футбольном поле, хулиганы района «Отрадное» всегда интересовались, откуда такое прозвище. Но обычно, когда мы играли вместе, в первую очередь, по конфликтным вопросам разговаривали с Ильей. Они не знали, что Илья так называл себя сам по первой букве фамилии. А нам всем нравилось!

При выборе замены для Сергея Богатыревича, Бодиско сразу обратил внимание на совсем юного шахматиста Ярослава Смирнова (1982 г.р.). Ярослав быстро прогрессировал у него очень прилично на уровне кандидата в мастера играл папа, а бабушка Елена Альбертовна была крепкой второразрядницей. Думаю, не последнюю роль сыграл успешный опыт А.П. Бодиско, когда вопреки общественному мнению он сделал ставку на совсем юного Александра Захарова в Краматорске. Так что, отчасти, благодаря мне, Александр Петрович остановил выбор на Ярославе – парне с неизменными подтяжками для штанов и оттопыренными ушами. Это решение Бодиско удивило «старожилов» команды. В ШШ «Этюд» под рукой всегда была целая россыпь опытных и сильных шахматистов. Мы не сразу приняли Ярослава за «своего» и дали ему прозвище «Шуруп», за то что он любил до пережатия часов покрутить фигуру на клетке, куда ее ставил. Кстати, в среде шахматистов мода того времени на прозвища была не очень распространена. Меня иногда называли «Захар», но в основном мы обращались друг к другу по именам, что было признаком достаточно высокого уровня общей культуры.

Совершенно неожиданно, по распоряжению А. П. Бодиско, в июле 1990 года меня резко мобилизовали из деревни Перекаль (Рязанская область), где я традиционно проводил летние каникулы, в ближайшее Подмосковье, в пионерский лагерь «Волна». Дело в том, что Александр Петрович, каким-то невероятным организационным фокусом выбил для нас смену в отдельном шахматном отряде, куда были собраны исключительно ученики шахматной школы «Этюд». А в помощь вожатым были направлены бабушки Оли Лысовой и Ярослава Смирнова. Кроме этого, в лагере оказались Илья Шашнов, Ольга Лысова, Ярослав Смирнов. А Евгений Наер приезжал на несколько дней. По замыслу Бодиско, в пионерском лагере мы должны были «притереться» с новым участником команды, а также с двумя бабушками, которых, как оказалось позже, Бодиско планировал взять с собой в Луганск на «Белую ладью» для решения хозяйственно-бытовых вопросов. Сам А.П. Бодиско появлялся в пионерском лагере в выходные дни и проводил интенсивные занятия.

В первую неделю пребывания вокруг нашего шахматного отряда накопилось огромное недовольство, которое ожидало своего всплеска. Дело в том, что у нас был абсолютно свободный график с утренней зарядкой, тихим часом и отбоем. Кроме этого, администрация пионерского лагеря выделила отдельное строение, где мы могли в любое время самостоятельно или с А.П. Бодиско заниматься шахматами! Почему шахматистам, этим хлюпикам и ботаникам, уделяется столько внимания, где справедливость? Во вторую неделю «любители справедливости» из других отрядов начали «доматываться» до таких «маленьких», как я. А потом через нас вызвали старших товарищей-шахматистов на серьезный разговор. На встречу отправились Сергей Виноградов (вечная память светлому человеку!), Алексей Комонов, Михаил Крайцберг, старший Кискин и Сергей Богатыревич. Неожиданно предводители из других отрядов увидели физически крепких, укомплектованных не только шахматными фигурами, решительных и уверенных в себе юношей. Например, у Сергея Виноградова на крайний случай всегда был кастет, не говоря о браслете или косухе. Без применения физической силы довольно быстро стороны договорились, что выбор девушек, которые буквально «вешались» на Сергея Виноградова и Алексея Комонова, является их личным делом, «большим» нельзя обижать «маленьких», а «маленькие» пусть сами разбираются между собой. В итоге договорились провести товарищеский футбольный матч между сборной всех отрядов и командой ШШ «Этюд». Договоренность о футбольном матче, который, заметим, собрал полный стадион зрителей, была последней надеждой хоть в чем-то задеть за «живое» чуждый шахматный элемент.

В день товарищеского футбольного матча наша команда дополнительно была ослаблена необходимостью дежурить на кухне пионерского лагеря. Всех девчонок и «маленьких», включая меня, Ярослава и Олю, решением Сергея Виноградова, отправили на кухню. ШШ «Этюд» играла без запасных, с одним откровенно слабым игроком в команде (больше не было). Сборная всех отрядов выставила сильнейший комсомольский состав с неограниченным количеством запасных. Течение матча удивило многочисленных собравшихся зрителей, включая и нас, которые наблюдали за матчем из окон кухни. Шахматисты организованно оборонялись, на воротах, увеличивая количество поклонниц, творил чудеса Алексей Комонов. А Сергей Виноградов практически в одиночку проводил редкие контратаки. Первое чудо произошло в конце первого тайма. В ворота шахматистов был назначен справедливый пенальти, и лидер наших соперников направился открывать счет в матче. Мощный удар в угол, Алексей Комонов в невероятном прыжке отбил в поле мяч. Сергей Виноградов подхватил его и сделал мощный рывок. В итоге, 1:0 в пользу шахматистов в первом тайме. Во втором тайме ШШ «Этюд» ушел в глухую оборону, но сил все равно не хватило. В сутолоке у ворот за несколько минут до конца матча сборная всех отрядов забила ответный гол, 1:1. После перерыва, за воротами Алексея Комонова уселся вредный рыжий мальчик, который отвлекал его от происходящего на поле. К сожалению, именно из-за этого на последних секундах ШШ «Этюд» пропустила и второй гол, 2:1. Рыжий мальчик, понимая, что его ждет наказание, после финального свистка попытался бежать, но запутался в сетке. Алексей Комонов поймал его и произвел публичную воспитательную работу, не встретив осуждения со стороны предводителей других отрядов. Главным итогом товарищеского футбольного матча стало полное всеобщее признание шахматистов в пионерском лагере. Нас стали приглашать играть за сборные лагеря в футбол, пинг-понг и другие виды спорта, где мы отлично выступали, завоевывая награды в соревнованиях между пионерскими лагерями. В шахматном турнире пионерский лагерь «Волна» в первый и последний раз за свою историю безоговорочно занял первое место.

В памяти как важнейший элемент усиления командных связей остался просмотр в кинозале пионерского лагеря советского фантастического фильма «Отроки во Вселенной». В переполненном зале я сидел плечом к плечу с Ильей Шашновым и по-детски переживал происходящие события. В кульминационный момент фильма, когда ключ для вывода из строя ядерного реактора испарился, в зале воцарилась тишина. Главный герой произнес: «Нужен металлический стержень! Может быть гвоздь?» Гвоздь накалился до красна, выдержал напряжение, ядерный реактор вышел из строя, цивилизация спасена. В зале облегчение, а Илья Шашнов громко на весь зал выдал: «Слава советским гвоздям!». Все зрители начали аплодировать, а я осознал, какие же мощные, надежные старшие товарищи в нашей команде и как мне повезло, что есть отличный пример для подражания!

Действительно, за 21 день в пионерском лагере, вместе поиграв в настольные игры, посидев за одним столом, поработав на кухне, мы незаметно хорошо сдружились с Ярославом, поняли его бабушку Елену Альбертовну, усилились в шахматном и общечеловеческом плане на пути к формированию непобедимой команды. Александр Петрович Бодиско и здесь нашел уникальный подход к нашим непростым эгоистичным шахматным характерам.

С начала учебного года А.П. Бодиско быстро понял, что у него совсем мало времени, чтобы добиться существенного прогресса, особенно в игре Ярослава нужна интенсификация подготовки. Обычного режима с двухразовыми занятиями в неделю и турнирами по выходным, по мнению Бодиско, было недостаточно. Александр Петрович долго придумывал новый формат «полное погружение», который в итоге опередил свое время. Так «бесчеловечно» юных шахматистов в те годы никто не готовил. Суть метода «полное погружение» заключалась в том, что мы с понедельника по пятницу к 10:00 вместо общеобразовательной школы шли в шахматную школу, где нас ждал примерно такой распорядок дня:

  • с 10:00 до 12:00 теоретические занятия, разбор сыгранных тренировочных партий;
  • с 12:00 до 13:30 тренировочные партии;
  • с 13:30 до 15:00 обед и отдых;
  • с 15:00 до 16:00 индивидуальная дебютная подготовка;
  • с 16:00 до 18:00 теоретические занятия в группе;
  • с 18:00 до 20:00 тренировочные партии со старшими товарищами.

«Полное погружение» мы выполняли один раз в две недели в течение октября и ноября 1990 года (неделя – шахматы в ШШ «Этюд», неделя – средняя школа № 962). До этого мне не приходилось так интенсивно заниматься в детских шахматах. Сначала, конечно, было очень тяжело, и к вечерним занятиям голова плохо соображала. Но уже в ноябре организм полностью привык, и голова работала на полную мощность в течение всего тренировочного дня. Важным элементом методики А.П. Бодиско были тренировочные партии со старшими ребятами. Бодиско стремился к тому, чтобы именно в ШШ «Этюд» мы получали сверх нагрузки для уверенности и спокойствия в игре со сверстниками в официальных соревнованиях. «Одна партия с взрослым, как десять партий со сверстниками» -- так оценивал А.П. Бодиско пользу от партий в тренировочном процессе. На «полное погружение», кроме меня, ходили Ярослав Смирнов, Ольга Лысова и еще несколько перспективных юных шахматистов в возрасте до 10 лет.

Интересно, что «полное погружение» в организационном плане было быстро согласовано с директором школы № 962 Л.А. Поляковой. Но неожиданно уперлось в принципиальную позицию одного из наших физруков Дмитрия Геннадьевича Гужева, который выдал жесткую фразу: «Физкультуру Захаров должен посещать!» Тут мне на помощь пришел известный нашим читателям Юрик, который сказал, что с 8:30 разрешает посещать Саше Захарову физкультуру с 5-м классом, где учебным процессом руководил он. Для старшеклассника тех лет из «Отрадного» не было лучшего объекта для насмешек, чем младший по возрасту шахматист-ботаник. Уже на первом занятии дружное местечковое хулиганье выдало в мой адрес большую порцию негатива и вдобавок нечаянно приложилось по корпусу пару раз во время контактных видов спорта. Прямое выяснение отношений было абсолютно исключено по причине чужой территории и неравенства сил, поэтому мне предстояло крепко подумать до следующего занятия, как поднять свой авторитет. Через день на физкультуре после разминки мы должны были играть в футбол. При делении все хулиганы собрались в отдельную команду со своим главарём на воротах. Пока команда, в которую выбрали меня, ждала очереди, в голове сформировался четкий план, куда именно я хочу «случайно» попасть мячом. Надо признаться, получилось не с первого раза, мяч почему-то упорно шел в ворота. Зато с третьего раза из выгоднейшего положения я смачно засветил, куда метился. Мое сверхточное попадание оживило Юрика, который подбежал к месту происшествия и по-отечески объяснил незадачливому вратарю, как снять невыносимую боль подпрыгиванием на пяточках. Команда хулиганов попыталась было отомстить за своего вожака, но тут уже Юрик объяснил негласные законы спорта, а мне тихонько бросил: «Молодец, моя школа!». После этого никаких препятствий для «полного погружения» не возникало. Вместе со старшеклассниками я спокойно занимался физкультурой и получал отличные оценки.

Еще одним нововведением А.П. Бодиско стал общий сбор многочисленных учеников в ШШ «Этюд» для подготовки к партиям во время первенства Москвы. Впервые Александр Петрович применил на практике этот прием в ноябре 1990 года, когда Ярослав Смирнов и я сыграли в первенстве Москвы до 10 лет. В итоге мне досталось «серебро», а Ярославу – «бронза». Моих 8 очков в 9 турах не хватило для первого места, т.к. главную партию своему конкуренту я, к сожалению, проиграл. Ярослав, наоборот, скорее «перебрал» очков и авансом занял третье место.

Во время новогодних каникул уже в 1991 году во Дворце пионеров на Воробьевых горах состоялись первенства Москвы во всех остальных старших возрастах. Мне и Ярославу дали персональный допуск на первенство Москвы до 12 лет как призерам младшего возраста. В ключевых для «Белой ладьи» возрастах ШШ «Этюд» продемонстрировала тотальное превосходство на уровне Москвы. Евгений Наер получил допуск на первенство СССР, Илья Шашнов стал чемпионом Москвы до 14 лет, Ольга Лысова – чемпионкой среди девочек до 12 лет, а мне удалось набрать 6/9 и войти в пятерку сильнейших шахматистов Москвы в возрасте до 12 лет. Например, в заключительном туре я в острейшей борьбе сыграл черными вничью с Андреем Рычаговым, который был старше меня на 2 года и в итоге стал чемпионом Москвы до 12 лет! Интересно, что раннее начало заключительного тура предопределило вечернюю подготовку в домашних условиях у Ильи Шашнова. Его папа, сильный кандидат в мастера, Геннадий Анатольевич Шашнов, в ответственный момент здорово помог и своему сыну, и мне. Ярослав Смирнов, несмотря на 3-летнюю разницу в возрасте с большинством соперников, так же провел турнир на высоком уровне и закончил его в плюсе!

Таким образом, благодаря сверх усилиям А.П. Бодиско и нашей целеустремленности, буквально за год после Краматорска, была обновлена и хорошо подготовлена команда, составленная из сыгранных и титулованных шахматистов. Мы верили в себя и ехали в Луганск на 23-ю всесоюзную «Белую ладью» бороться за чемпионство!

Вернуться к Оглавлению

 

 

7. ЛУГАНСК, июнь 1991 года – победа на всесоюзной Белой ладье!

В июне 1991 года многие школы уже испытывали недостаток финансирования. На этом неблагоприятном фоне Александр Петрович Бодиско вместе с директором школы №962 Ларисой Александровной Поляковой проявили себя во всей административной мощи. За ними мы были, как за каменной стеной, нам оставалось просто хорошо играть в шахматы. При этом, несмотря на наш, в общем-то «звездный» статус, объективно школа №962 не смотрелась сильнее других команд. Все-таки Ярославу Смирнову было всего 9 лет, а мой 10-летний юбилей еще только предстояло отпраздновать во время турнира! Другим существенным отличием от Краматорска, стало участие сильной по составу команды «хозяев поля» из Луганска. Взрослые квалифицированные шахматисты, собранные на базе местной СДЮШОР, с поддержкой болельщиков представляли действительно грозную силу.

В гостеприимный солнечный Луганск мы добрались на традиционном плацкарте без приключений и разместились в гостинице, которая была отведена для приёма команд-участниц двадцать третьей по счету всесоюзной "Белой ладьи". В состав нашей делегации, помимо самих участников и А.П. Бодиско, органично вошли бабушки Ярослава Смирнова и Ольги Лысовой. Гостиница располагалась примерно в 15 минутах бодрой ходьбы от игрового зала. Трудно сказать специально или нет, но такое расстояние в традициях «Советской шахматной школы» считалось оптимальным для прогулки перед партией с классическим контролем времени. Команда школы №962 заняла три номера: в одноместном разместился А.П. Бодиско, в четырехместном с двумя комнатами и общим санузлом – Ольга Лысова и Ярослав Смирнов с бабушками, а Илью, Евгения и меня поместили в интересный по планировке трехместный номер. Когда мы зашли в свой номер, мне сразу захотелось занять отдельный закуток (без двери, больше похожий на кладовку с окошком), где стояла кровать с тумбой, а также просматривался по прямой линии цветной телевизор! Но здесь четко высказался наш капитан: «В этой комнате буду жить я!», так и разместились. Просторный четырехместный номер был отведен для шахматной подготовки и приема пищи. В одноместном номере Александр Петрович отдыхал от всех нас. Наверное, в первый раз за время наших совместных поездок к нему мы даже ни разу не зашли.

Торжественное открытие турнира, по моим ощущениям, прошло буднично, все это уже было в Краматорске, опытных шахматистов больше волновал хороший старт на турнире. Намного интереснее были распоряжения Александра Петровича по утренней зарядке, которая считалась обязательным элементом во время турнира. Как опытный руководитель делегации, по приезду, Бодиско всегда лично обходил местные окрестности и изучал инфраструктуру, находящуюся в пешей доступности. Именно в ходе такого осмотра он принял два важных решения по организации быта. Во-первых, ввиду отсутствия спортивных объектов нам было определено играть в футбол на прилегающей к гостинице зеленой зоне. В качестве ворот – деревья, в качестве покрытия – дикорастущая трава. Многие команды посмеивались над нами, когда под окнами гостиницы странные разновозрастные шахматисты из столичной школы №962, включая Олю Лысову и Елену Альбертовну, по утрам гоняли мяч на виду у всех в неположенном месте. Но нам было все равно, других доступных способов поддерживать хорошую физическую форму на длинной 10-дневной дистанции у нас не было. Сам Александр Петрович вставал раньше всех, встречал «футболистов» уже на улице, а во время футбола совершал утреннюю пробежку, внимательно отслеживая ход игры. Во-вторых, Бодиско категорически не понравились столовые, а ресторан в гостинице был не по карману. Поэтому было принято волевое решение: «Только завтрак оставить на стороне столовой». Сытный, вкусный обед и ужин организовывали наши «золотые» бабушки, которые на командировочные деньги закупали на рынке продукты и с помощью двух кипятильников прямо в номере готовили горячую пищу (молодой картофель, сардельки). А сыр, свежие овощи и ягоды всегда дополняли наше меню. Кстати, совместный прием пищи был тоже частью укрепления общекомандного духа. Например, отварной картофель мы брали по очереди из общей кастрюли, клубнику -- из общей тарелки и т.д. По части здорового питания, физической формы мы были в полном порядке, и организовано все было отлично. Теперь нам оставалось показать непосредственно шахматное мастерство. Все ждали первый матч.

По жеребьевке в стартовом матче нам выпало играть с третьей командой Луганска, что лично меня настроило на неудержимо беззаботную волну. Когда увидел своего соперника, мне стало еще «веселее», он был младше по возрасту! Кошмарная партия черными продолжалась около 15 минут. Сначала «закинул» на h2 слона, потом «пожертвовал» коня на g4. Соперник все съел, и, я, пребывая, в каком-то странном состоянии, усиленном синдромом «дядя из Ташкента», сдался. Счет в матче 0:1. В этот момент, я все еще не понимал, что наделал и пребывал в состоянии аффекта. Старшие товарищи пожали плечами, Ярослав Смирнов ничего не понял и просто продолжал играть свою партию, а Александр Петрович Бодиско не видел этой катастрофы, т.к. сразу после начала тура примерно на 1 час уходил на прогулку, ведь наши партии не предполагали развязку раньше, чем через 2-3 часа. Примерно через час в зале появился Бодиско, бодро спросил меня: «Выиграл?». На мой отрицательный ответ попросил бланк с записью партии, пробежался по нему глазами, вернул и молча пошел в игровой зал, смотреть, чем завершились другие партии. Все остальные участники команды из школы №962 уверенно выиграли свои партии и бодро показывали А.П. Бодиско свое творчество с веселыми комментариями по игре с заведомо более слабыми соперниками. Маловероятно, что в этот момент Бодиско придавал серьезное значение этому анализу, он искал объяснение, что случилось с его сильной третьей доской, на которую он возлагал большие надежды перед стартом турнира. За весь день только один раз, когда я сам в номере задал неуместный вопрос: «Какое место мы в итоге займем?» и сам ответил на него: «Первое», наш капитан наконец-то осадил меня жесткими словами: «Думаю, что тоже первое, но не с такой игрой, как сегодня». За ужином, видимо еще не полностью отойдя от переживаний за меня, единственный раз Бодиско сорвался на бабушек по качеству продуктов, которые искренне, как и мы не понимали, что же не так?

Обычно у меня всегда был крепкий сон на турнирах, но не в этот раз. Когда все уже спали, долго проворочавшись, я осознал, что же хотел увидеть от меня А.П. Бодиско, который бесконечно верил в меня и не сомневался в моей шахматной силе. Он полагался на меня, как на сильную третью доску (фактически произошла замена Сергея Богатыревича), которая наряду с Женей, Ильей и Олей принесет победу команде. Ведь четвертую доску занял Ярослав Смирнов, такой же малыш, каким был я в 1990 году в Краматорске. С меня был другой спрос и от моей игры серьёзно зависел итоговый результат всей команды. С этого знаменательного драматичного дня в моем сознании окончательно завершились детские шахматы, надо было без «раскачки» сразу играть на высоком юношеском уровне. Богиня шахмат Каисса создала такой стресс, но самостоятельно сделать правильные выводы мне удалось только благодаря комплексной интенсивной подготовке, проведенной Бодиско в течение года в шахматной школе «Этюд». Уже на следующий день в вязком матче с командой из Таллина (с ней мы опять встретились уже в финальном турнире), я вернулся в игру, победив опытного Каниллу (его игра была известна мне по распечаткам партий с личного первенства СССР). В третьем и четвертом туре сделал две ничьи и к решающему пятому матчу за выход в финальную часть подошел в полной спортивной гармонии.

Перед пятым матчем с командой из Ленинграда, и нас, и соперника устраивала ничья (2,5:2,5) – обе команды вошли бы в число шести сильнейших и спокойно продолжили борьбу за призовые места. Надо отметить, что команда из культурной столицы многие годы подряд неизменно оказывалась в финальном турнире и боролась за призовые места. Через ее состав прошло много известных шахматистов, например, 5 раз (!!!) играл за команду Ленинграда Валерий Салов – наряду с Карповым и Каспаровым один из сильнейших шахматистов мира в конце 80-х, начале 90-х годов. И в этот раз крепкий возрастной состав участников собрался в распоряжении у опытнейшего руководителя команды из Ленинграда и просто отличного человека Игоря Леонидовича Болотинского. После вечерней подготовки в первый и последний раз в жизни я услышал от Александра Петровича такую неспортивную фразу: «Может Бороде (Игорь Леонидович Болотинский – руководитель команды из Ленинграда) ничейку заслать?». Мы – опешили, такого просто не могло быть – это не наш тренер! Александр Петрович «незаметно» посмотрел на нас, ловко смахнул фигуры с клеенчатой доски и превратил свой вопрос в риторический. Решающий матч на отборочном этапе проходил полностью по нашему сценарию. Евгений Наер мастерской игрой принес первую победу, Оля Лысова добавила. Ярослав проиграл. Илья как опытный игрок и настоящий капитан команды с позиции силы зафиксировал ничью, и выход школы №962 в финальный турнир. Оставалась моя последняя партия с плотным возрастным кандидатом в мастера Кузнецовым. На пике напряжения мне игралось спокойно и комфортно. Мои надежные старшие товарищи уже обеспечили выход в финальную часть. В сложной сицилианской защите белыми в миттельшпиле прошла хорошая комбинация. И после контроля партия перешла в техническую стадию реализации перевеса. Медленно, но, верно, безжалостно к титулованной команде из Ленинграда, я довел партию до победы. Помню выражения лиц наших соперников, которые понимали неизбежность происходящего. Это был не тот день, когда можно было ожидать чуда. Мы выиграли матч 3,5:1,5 и впервые за долгое время оставили сильную команду из Ленинграда за пределами финального турнира. Александр Петрович, обычно сдержанный на эмоции, после партии хлопнул меня по плечу и вечером за общим столом с аппетитом употребил «бабушкин ужин» вперемешку со смешными шахматными байками.

Только после отборочного этапа мы смогли урегулировать с Александром Петровичем вопрос закрытия изнутри двери в наш номер после 21:00. Возникает резонный вопрос, а почему это не разрешалось ранее? Бодиско контролировал наш «отбой» после 21:00 и заходил (в первые дни по нескольку раз) с инспекцией в любое время. Он быстро понял, что цветной телевизор с кабельными каналами в нашем номере является не только источником распространения загнивающих капиталистических ценностей через фильмы «Хищник», «Рэмбо», «Коммандос» и «Рокки», но и существенным препятствием соблюдения установленного им распорядка дня. При этом, конечно, сам Александр Петрович все фильмы просматривал. Первым удар при неожиданном появлении Бодиско принимал Евгений Наер, который размещался ближе к двери, дальше я, а, вот Илье Шашнову удавалось уйти от контролирующей карающей руки. Удивительно, но, когда наш тренер-контролер заглядывал в тот самый закуток, Илья всегда пребывал «в объятиях Морфея». А Александр Петрович указывал нам с Женей, что при соблюдении спортивного режима нужно равняться на капитана команды. Когда Бодиско уходил, мы с опаской, но продолжали просмотр зарубежного кино… В подходящий момент меня, как самого младшего из нашего номера, делегировали сообщить нашему главному тренеру, что по этажам гостиницы поздно ночью шляются какие-то подозрительные личности («хунвэйбины» в терминологии А.П. Бодиско), и мне страшно оставаться с открытой дверью на ночь. Александр Петрович раскусил «шутку», но разрешил нам закрываться только тогда, когда внутренне понял, что мы готовы к самоконтролю. В действительности, после 23:00 мы отходили ко сну и просыпались без всяких напоминаний в 6:30 утра, что было абсолютной нормой для здорового сна спортсмена.

Когда я перечитываю отчетную статью о турнире в журнале «64 – Шахматное обозрение», меня всегда забавляет такой фрагмент:

«… в сеансе на 20 досках с гроссмейстером А. Шнейдером никто даже ничью не смог сделать. А ведь команды лучшие из лучших. Что же дальше?».

В момент проведения сеанса лучшие из лучших (6 команд финалистов) со всей серьезностью и ответственностью готовились к борьбе за медали. И гроссмейстеру А. Шнейдеру, при всем глубоком уважении, очень повезло, что на эти 20 досок сел второй или даже третий эшелон турнира. Думаю, в матче с любой командой из числа финалистов даже на 5 досках у него были бы большие проблемы, а наш «забойщик» Евгений Наер уже тогда был готов бороться с выдающимся гроссмейстером один-на-один. Во время турнира мы, кстати, даже не знали про существование такого сеанса. Выиграв все матчи на отборочном этапе, команда школы №962 вышла на пик формы перед финальным турниром. Все, что задумал наш выдающийся тренер Александр Петрович Бодиско, обрело реальные очертания, команда была готова морально, физически и по уровню шахматного мастерства сражаться за чемпионство с пятеркой лучших пионерских дружин Советского Союза.

В финальном турнире невооруженным взглядом просматривались три реальных претендента на чемпионство – команда из Челябинска, ранее упомянутые «хозяева поля» (школа №24 из Луганска) и школа №962. Остальные команды, конечно, были способны преподнести сюрприз в отдельной партии и даже матче, но ровно пройти сложнейшую 5-матчевую дистанцию были не способны. С такими «остальными» командами 4 доски (Евгений Наер, Илья Шашнов, Александр Захаров и Ольга Лысова) уверенно набирали по 3-4 очка, а Ярослав Смирнов периодически «добавлял», что вполне хватало для среднего 3,5 очка за матч. Это был чемпионский график, в случае успешной игры в «стыковых матчах» с Луганском и Челябинском. С Челябинском мы сыграли вничью 2,5 на 2,5 в самом начале финального турнира. Проиграли Илья Шашнов (самому неудобному сопернику Ильи на "Белой Ладье" – Владимиру Боботкову, партия приведена в журнале «64 – Шахматное обозрение», №15 за август 1991 года) и Ярослав Смирнов. Оля Лысова и Евгений Наер отыгрались, на моей доске был зафиксирован ничейный результат. Волею жребия финального турнира матч «Луганск – Челябинск» приходился на предпоследний тур, а «Луганск – Москва (школа №962)» на заключительный игровой день. Мы прогнозировали, что именно в последнем матче нам хватит победы с минимальным счетом 3:2 для фиксации золотых медалей, никто и предположить не мог, что матч «Луганск – Челябинск» перевернет турнирную таблицу с ног на голову.

В журнале «64 – Шахматное обозрение» про матч «Луганск – Челябинск» было написано достаточно точно:

«… но в предвкушении победы, что называется перегорели, проиграв луганцам 0,5:4,5…».

Для понимания возникшего форс-мажора аналогом такого счета может быть 7:1 в матче "Германия – Бразилия" в финале чемпионата мира по футболу 2014 года. Перед заключительным туром команда Луганска вышла на чистое первое место, опережая школу №962 на 1,5 очка.

В решающем матче турнира школе №962 предстояло отыграть совершенно неожиданно возникший отрыв. Надо отметить, что ни у нашего тренера, ни у нас самих не было никакой паники. Мы работали по установленному графику и проводили вечернюю подготовку к сопернику, просто принимая во внимание сложившиеся обстоятельства. Помню, что после матча с Челябинском, главный тренер из Луганска уже начал принимать поздравления от многочисленных преданных болельщиков. Никто, кроме тренера и участников не верил, что можно отыграть такую фору командой школы №962 со средним возрастом всего 11 лет, против взрослой команды, укомплектованной 14-летними опытными шахматистами.

В психологическом и шахматном плане Александр Петрович провел подготовку на высшем уровне. Мы играли матч на первой доске черными. Т.е. по правилу чередования цвета черными фигурами играли Евгений Наер, Александр Захаров и Ольга Лысова, а белыми – Илья Шашнов и Ярослав Смирнов. Бодиско четко понимал, что Оля по уровню игры уступает своей сопернице – 13-летней Наталье Киселевой. Наталья была не только старше, но и банально сильнее, демонстрируя стабильную игру на протяжении всего турнира. По сути, в команде соперника был свой «Евгений Наер» в юбке. Надежды тренера, главным образом, возлагались на могучего Евгения Наера, «белоцветчика» Илью Шашнова и меня. А решающий бой, по нашему сценарию, должен был произойти на доске Ярослава Смирнова, который, конечно, несколько уступал своему более опытному сопернику, но шанс, в счетной острой игре точно был. Как же Бодиско собрал паззл при подготовке? Евгению Наеру и мне Александр Петрович порекомендовал сыграть на победу достаточно нестандартным путем: 1.d4 d6 2.c4 e5! Во-первых, мы сразу сбивали наших соперников с дебютной подготовки. Во-вторых, мы каким-то удивительным образом (по анализу стиля в партиях оппонентов) смогли предугадать, что у Жени соперник третьим ходом сыграет Kf3, а мой оппонент третьим ходом побьет de, следующим ходом Фd8+ поменяет ферзей и перейдет в эндшпиль. Бодиско не сомневался, что Евгений Наер в острой игре после е4 сможет «перекрутить» в алехинском стиле своего соперника. А меня наш тренер настраивал на вязкую игру и просил не торопиться, используя выносливость, умение концентрироваться в критический момент. По ходу турнира Александр Петрович тонко почувствовал, как изменилась моя игра (спасибо за фиаско в первой партии!) в сторону плотного маневрирования в стиле А.Е. Карпова, и твердо верил «возникающий эндшпиль – моя территория для борьбы за победу черными». Нашего капитана Бодиско не беспокоил, т.к. увидел, что его соперник играет голландскую защиту (1.d4 f5), где у Ильи Шашнова были фирменные разработки с модерновым по тем временам ходом 2.Сg5. Хитрые варианты Шеф бережно записывал в свою тонкую тетрадку в крупную клеточку. Ввиду своей компактности такие тетрадки по основным вариантам Илья брал с собой на выездные турниры. Шеф никому не разрешал смотреть в записи и тщательно повторял дебютные линии именно по тетрадкам. Варианты были хорошо проработаны, за каждым стоял не только труд самого Ильи, но и его папы -- опытного кандидата в мастера Геннадия Анатольевича. Илья спокойно «ушел в себя», ему не требовалась помощь перед решающей партией. Соперник Ярослава Смирнова играл французскую защиту (1.е4 е6), а Ярослав уже применял наш фирменный гамбит (2.Кf3 d5 3.e5 c5 4.b4!). Бодиско посчитал, что повторение крайне рискованно и опасался дебютной подготовки со стороны соперника. Резервным оружием на французскую у Ярослава был острый вариант Винавера с Фg4, что отлично отвечало задачам на партию. Идти в «остряк», считать варианты и пытаться поставить мат – так сформулировал задачу на партию Ярославу наш главный тренер. Мы не делали ничего нового перед решающим матчем, не настраивались как-то специально, просто каждый готовился сыграть за команду, которой посвятил несколько лет своей жизни. Бодиско верил в нас, а мы верили тренеру, общественное мнение нас не интересовало, мы знали, что шанс на победу у нас есть.

В день решающего матча принципиальных изменений в отлаженном распорядке дня не было. Разумеется, присутствовало ощущение важности предстоящего матча, но не более. Никто не трогал работающий механизм, что было еще одним свидетельством класса команды, несмотря на средний возраст ее игроков. Не было никаких «накачек на игру», красивых слов «будем биться до конца» или «мы – одна команда». Александр Петрович сопроводил нас в игровой зал, Илья Шашнов, как обычно твердой рукой заполнил заявку, мы заняли свои места и начали настраиваться на партии. За 5 минут до начала тура возникла первая неожиданность. Не секрет, что в решающем матче зал болел против нас, как и большинство судей, а также организаторов из Луганска. Нет, конечно, судейство было объективным, но все-таки организаторы, не нарушая шахматный кодекс, смогли найти, чем приободрить хозяев поля перед самым началом матча. До пуска часов объявили, что Мисс «Белая ладья» стала 13-летняя Наталья Киселева из Луганска. Ей вручили роскошный букет цветов, а зал ей аплодировал. Эмоциональный подъем, белый цвет с нашей 11-летней Олей Лысовой, еще до начала партии было понятно, что на доске у девочек у нас ноль очков. Любопытно, что такая номинация в турнире за все годы его существования была учреждена первый раз. Как было отмечено в журнале «64 – Шахматное обозрение»:

«… моды, моды. Они коснулись и детей…»

Локально это был сильный ход от «хозяев поля», но глобально наши мальчишечьи доски еще больше собрались, мы дополнительно играли за нашу Олю – единственную и неповторимую девочку в команде!

Достаточно быстро капитан команды Илья Шашнов, передавая свою уверенность всем нам, учинил своему сопернику дебютный разгром в голландской защите, повели 1:0. Луганцы ожидаемо отыгрались на доске у девочек, 1:1. Наш  «забойщик» Евгений Наер (9,5 из 10 – абсолютно лучший результат турнира, причем на первой доске!) победил в Алехинском стиле, школа №962 вышла вперед, 2:1. Я спокойно, как «удав», дожимал своего соперника, позиция белых с каждым ходом ухудшалась, «медицина бессильна», и совсем скоро счет в матче стал 3:1. Никто из команды и не думал покинуть игровой зал. Все на месте, болели друг за друга. Александр Петрович верен себе, он появился в игровом зале через 2 часа при счете 3:1. Оставалась решающая партия Ярослава Смирнова. Я не мог оторваться от происходящего после завершения своей партии, меня не покидало ощущение, что Ярослав переживал такие же чувства, которые я лично испытывал в Краматорске в 1990-м году. Насколько это было возможно, всеми своими мыслями я передавал Ярославу уверенность в исходе партии, течение которой не оставляло надежд на ничейный результат: либо «0» и второе место, либо «1» и чемпионство! Сначала, казалось, что Ярослав выигрывает, позиция выглядела подавляюще. Но прямого выигрыша не было, и его более опытный оппонент ход за ходом стал исправлять ситуацию. К моменту, когда у соперников осталось совсем мало времени, шансы Ярослава выглядели призрачно. Да, по-прежнему, позиция была сложной, но игровая инициатива перешла к черным, партия катилась под откос. Уже на «флажках» Ярослав по-детски напал на элементарный мат в один ход. Все, без исключения: собравшиеся вокруг партии судьи, завершившие свои партии участники, представители команд видели, что создана угроза мата в один ход. Соперник Ярослава начал тратить время, смотреть куда-то в сторону от детской угрозы. И, вдруг, странный ход чёрных, угроза не отражена, Каисса широко улыбнулась школе №962, и Ярослав поставил мат! В зале воцарилась полная тишина, а потом вместо бурной радости все побежали к «бедному» парню из команды Луганска, показывать многочисленные способы защиты от мата в один ход. Мы подошли к Ярославу, который спокойно заполнял бланк сыгранной «золотой» партии, пожали ему руку, а Александр Петрович, сиявший, как самовар, оперативно позвал нас в соседнюю комнату, где нас ждал специальный фотограф-корреспондент! Все еще находясь в состоянии аффекта, участники команды и тренер никак не могли расставить постановочную шахматную позицию на доске. Фотограф еще в шутку спросил у Бодиско: «А ребята точно умеют в шахматы играть?» Наконец, позиция была расставлена, и мы расселись, чтобы запечатлеть для истории Легенду-962 сразу после решающего матча. В журнале «64 – Шахматное обозрение» (№15, август 1991 года) очень точно написали про победу школы №962:

«Ребятам из 962-й московской школы повезло больше. Будучи в прошлом году вторыми, они вновь преодолели все преграды. В награду за это фортуна на сей раз улыбнулась москвичам еще шире. И если по уровню игры питомцы тренера А.П. Бодиско вряд ли превосходили конкурентов, то по возрасту – в среднем 11 лет! – фору давали приличную»

На церемонии награждения, в отличие от Краматорска 1990 года, не было никаких ценных призов и подарков. Грамоты, медали… Но в момент награждения мы осознали, что в Луганске перед многочисленными собравшимися любителями шахмат на первое место пьедестала почета вышла сильнейшая пионерская дружина могучего Советского Союза. Команда простой московской средней школы №962 не проиграла за весь турнир ни одного матча, мы побеждали в ответственные решающие моменты и, самое главное, отдельные эгоистичные шахматисты ощущали себя сплоченной командой, собранной и подготовленной выдающимся детским тренером А.П. Бодиско.

Александр Петрович Бодиско вместе с Легендой-962 и своим детищем шахматной школой «Этюд» (основана в день рождения А.П. Бодиско – 9 августа 1988 года) прошел яркий тренерский путь. И, как истинный фанат шахмат, ушел от нас на 62-м году жизни в ЦДШ на Гоголевском бульваре во время шахматной партии 26 июня 1994 года.

Вернуться к Оглавлению

 

 

Эпилог

Я благодарен судьбе, которая дала возможность сыграть плечом к плечу с моими старшими товарищами и стать неотъемлемой частью непобежденной на шахматной доске в СССР пионерской дружины, которую по праву называют «Легенда-962». В 1992 году «Белая Ладья» проводилась уже в другой стране, и при всем желании Легенду-962 не представлялось возможным обыграть… Прошло много лет, но и сейчас ударная тройка Легенды-962 в составе: Евгений Наер, Илья Шашнов и Александр Захаров регулярно собирается в шахматной школе «Этюд», чтобы передать дух победителей подрастающему поколению учеников и сохранить память о выдающемся детском тренере Александре Петровиче Бодиско!

Вернуться к Оглавлению

 

 

Послесловие

В 2022 году Александру Петровичу Бодиско исполнилось бы 90 лет, а его методы отнюдь не утратили своей актуальности и успешно применяются в современной шахматной школе «Этюд». Пятёрка фундаментальных взглядов А.П. Бодиско на подготовку не просто сильного шахматиста, а всесторонне развитого человека, выглядит следующим образом:

  • Родная единственная шахматная школа – «место силы ученика», где за него болеют и всегда рады видеть независимо от спортивного результата. Однократная смена школы в погоне за «журавлем в небе» – потеря навсегда «места силы» и слом спортивного характера.
  • Одна партия со взрослым шахматистом в учебном плане равна 10 партиям со сверстниками.
  • Гармоничное умственное и физическое развитие ребенка. Шахматы высокого детско-юношеского уровня – большая часть жизни, но жизнь – не только шахматы.
  • Безграничное доверие в шахматном и человеческом плане верным ученикам из п.1.
  • Преемственность поколений в каждом элементе работы шахматной школы: от руководства и тренерского состава – до учеников и выпускников.

В "Легенде-962" наглядно показано, как методы и принципы работы А.П. Бодиско воплощались на практике. Автор книги надеется, что на конкретном успешном шахматном примере новые поколения родителей юных шахматистов много раз подумают, прежде чем поставить судьбу ребенка на «ZERO» (бросить общеобразовательную школу, заниматься только индивидуально, ограничить контакты и живое общение со сверстниками-шахматистами, играя бесконечные он-лайны, запустить физическую форму и многие другие распространенные ошибки).

В этом смысле "Легенда-962" - надёжный путеводитель родителя перспективного юного шахматиста по сложному миру шахмат. Сделайте правильный выбор и знайте: пройдет время, и вы будете гордиться своим ребенком, независимо от уровня его спортивных шахматных достижений!

Вернуться к Оглавлению

 

 

Источники информации и отзывы

  • Личные архивы Е.Ю. Наера, И.Г. Шашнова, А.С. Захарова и О.А. Лысовой
  • Официальный сайт шахматной школы «Этюд» etud-otradnoe.ru
  • Официальная группа ВКонтакте ШШ «Этюд» vk.com/etudotradnoe
  • Журнал «64 – Шахматное обозрение», №15, август 1990 года
  • Журнал «64 – Шахматное обозрение», №15, август 1991 года

 

Терентьев Анатолий Тимофеевич, тренер шахматной школы «Этюд» (Екатеринбург) в 80-90-е годы

В истории становления и развития детских шахматных школ Москвы и Екатеринбурга много схожего и общего. Оба «Этюда» возникли в 1988 году в Кировских районах наших городов. Обоим «Этюдам» повезло, что у них изначально были незаурядные талантливые педагоги-организаторы и тренеры, такие, как А.П. Бодиско и А.И. Литовский.

Ребята из свердловских школ № 157 и № 88 играли в одно время со школой № 962 из Москвы. В то время они составляли костяк команд, выступающих на всероссийских и всесоюзных турнирах «Белая ладья». Наши ребята встречались на всесоюзных соревнованиях «Белая ладья» в 1991 году в Луганске. У каждого «Этюда» свои герои, лидеры. У свердловчан Александр Мотылёв, Павел Скачков, у москвичей Евгений Наер, Александр Захаров. В дальнейшем эти ребята нередко встречались на различных всероссийских и всесоюзных соревнования, и не только юношеских.

Да и в лихие 90-е не обходилось без воровства, отбирания денег у ребят, взламывания помещения клуба и т.п. Все мы вышли из детства. По-доброму детализированная история формирования и воспитания коллектива шахматной школы поучительна и полезна, особенно для молодых тренеров, работающих с детьми.

 

Репортаж МАТЧ-ТВ о "Легенде-962"

Репортаж был снят в школе №962 (Москва, метро Отрадное, ул. Санникова, д.3, корп.3), 25 апреля 2022 года (понедельник), в 10:00. Героями сюжета стали:

  • Полякова Лариса Александровна - бесменный директор школы №962;
  • Наер Евгений Юрьевич - выдающийся гроссмейстер, выпускник ШШ "Этюд" и школы №962;
  • Шашнов Илья Геннадьевич - кандидат в мастера спорта, выпускник ШШ "Этюд" и школы №962;
  • Захаров Александр Сергеевич - международный мастер, выпускник школы №962 и директор ШШ "Этюд";
  • Лысова Ольга Александровна - международный мастер, выпускник ШШ "Этюд" и школы №962.

Премьерный показ, который стал заключительным сюжетом выпуска, состоялся в авторской программе Эльмиры Мирзоевой "Игры Королей" на федеральном канале МАТЧ-Страна, 6 мая 2022 года (пятница), в 12:05.

Вернуться к Оглавлению

 

 

Толковый шахматный словарь А.П. Бодиско

Своим основным шахматным учителем Александр Петрович назвал М.А. Бонч-Осмоловского. В этом же контексте иногда в разговорах звучала еще одна сложная фамилия: Ф.И. Дуз-Хотимирский.

Для усиления эффекта от занятий и особенно разбора партий (разбора полётов), Александр Петрович использовал яркие емкие шахматные выражения. Например, брат Евгения Наера, который никогда не видел вживую Александра Петровича, до сих пор помнит некоторые словечки (особенно, почему-то, про дурно пахнущее животное). При детях и в отношении детей Александр Петрович никогда не использовал матерные выражения, но интонация и сочетание приведенных ниже терминов всегда оставляли неизгладимое впечатление от разобранной партии.

  • Пенёк – перманентное состояние шахматиста, который ниже своего обычного уровня провел партию.
  • Полный сапог – стабильно слабый шахматист, у которого нет надежды на повышение уровня мастерства.
  • Чапаев в юбке – шахматист женского пола, играющий в остроатакующем стиле и не считающийся с жертвами материала.
  • Духовитый парень – шахматист, в любой ситуации отстаивающий свою точку зрения и концепцию игры.
  • Шеш-беш – любая настольная игра, в которой используется кубик (элемент случайности).
  • Сопли-вопли – состояние после пережитого стресса, показывающее неумение стойко переносить трудности и поражения.
  • Комиссия отца Денисия – шахматная бюрократия в лице конкретных чиновников со всем вытекающим негативным отношением к их бессмысленным решениям.
  • Горшок – тяжелая позиция (в шахматной терминологии «столбик»).
  • Жбан – проигранная позиция (в шахматной терминологии «строчка»).
  • Слил – проиграл шахматную партию.
  • Хунвейбины – хулиганы разного уровня общественной опасности.
  • Здоровый малый – фиксация хорошего физического состоянию шахматиста по параметру «габариты».
  • Финт ушами – нетривиальная тактика в тяжелой позиции, которая позволяет серьёзно запутать положение на доске.
  • Сливай воду – туши свет! – завершение бессмысленного сопротивления в проигранной позиции.
  • Трусоватый парень – уклоняющийся от полноценной борьбы шахматист, готовый в любой момент с более сильным по рейтингу/разряду/званию согласиться на ничью.
  • Чих-пых – опасная на словах, но не на деле, угроза.
  • Не донёс – ответственный неправильный ход правильной фигурой, но на другое поле.
  • "Казёл ванючий" – высшая форма негативного отношения к взрослому человеку.
  • Чудак на букву М – шутливая форма негативного отношения к человеку.
  • Шансовик – шахматист, который способен в тяжелой, стратегически проигранной позиции, держаться за счет тактики и поддерживать напряжение до самого конца партии.
  • Крючкотвор – отклоняющийся от генеральной линии А.П. Бодиско шахматист, распространяющий свои идеи в массы.
  • Самоуверенный карандаш – шахматист с постоянным дебютным репертуаром сомнительного качества.
  • От сохи – шахматист самобытного стиля, часто из глубинки.
  • Сыграть по рабоче-крестьянски – простой и сильный ход.
  • Запер дело в сундуке – создание закрытой пешечной структуры.
  • Ездец – в переводе с чешского «шахматный конь». Переход на чешский показывал негативное отношение А.П. Бодиско к общению в ходе анализа партии.
  • Пошла писать губерния! – серия слабых ходов в практически выигранной позиции, которая приводит к оценке «неясно».
  • «Я – не доктор, я – не знаю!» – реакция на навязчивого ученика, засыпающего тренера в ходе анализа партии разными вопросами на шахматные темы, среди которых есть достаточно сложные и требующие длительного размышления для правильного ответа.
  • Шпиллер – негативный окрас достаточно сильного игрока, фундаментально непонимающего всей глубины шахмат.
  • «И подождать…» – означает не делать резких движений в позиции, посмотреть, что будет делать соперник, чаще всего при переходе из дебюта в миттельшпиль.
  • Лох какой-то – экспресс оценка результатов жеребьевки, означающая получение уступающего в силе соперника, которого не представляет большой сложности обыграть.
  • Попрыгунчик – негативная характеристика шахматиста, который практически всегда после сделанного хода встает из-за стола и во время хода соперника прогуливается по залу, не утруждая себя работой за доской во время партии.
  • «Всё, привет семье!» – оценка позиции = «совершенно проиграно» и надо сдаваться, чтобы никого не задерживать.
  • а-ля Морозевич – начать играть в разнос, с иррациональными жертвами.
  • Сказалось – применялось в смысле отсутствия класса/мастерства, что неизбежно приводило к поражению даже в хорошо складывающейся партии. Применялось вместе с термином «и подождать...».
  • Тычок Кукуева – непредусмотренный эффектный ход в сложном тактическом варианте.
  • «В атаку – пятый полк!» – тактическое действие, которое совершенно неуместно в сложившейся позиции на доске.
  • Позиция «на-любителя» – фактор оценки позиции, привязанный к стилю игры конкретного шахматиста.
  • «Не в ту степь!» – в корне неправильный ход, предопределяющий последующий ошибочный план игры, который с высокой вероятностью приведет в итоге к поражению.
  • «Не тот компот!» – ошибочный ход, последствия которого вполне поправимы. Выражение применялось значительно реже, чем похожее по смыслу «Не в ту степь!», и позволяло разрядить напряжение в ходе анализа.

Вернуться к Оглавлению

1/12
Легенда-962 - победители последнего всесоюзного турнира пионерских дружин
Легенда-962 - победители последнего всесоюзного турнира пионерских дружин
Легенда-962 - победители последнего всесоюзного турнира пионерских дружин
Легенда-962 - победители последнего всесоюзного турнира пионерских дружин
Легенда-962 - победители последнего всесоюзного турнира пионерских дружин
Легенда-962 - победители последнего всесоюзного турнира пионерских дружин
Легенда-962 - победители последнего всесоюзного турнира пионерских дружин
Легенда-962 - победители последнего всесоюзного турнира пионерских дружин
Легенда-962 - победители последнего всесоюзного турнира пионерских дружин
Легенда-962 - победители последнего всесоюзного турнира пионерских дружин
Легенда-962 - победители последнего всесоюзного турнира пионерских дружин
Легенда-962 - победители последнего всесоюзного турнира пионерских дружин
Легенда-962 - победители последнего всесоюзного турнира пионерских дружин
Легенда-962 - победители последнего всесоюзного турнира пионерских дружин
Легенда-962 - победители последнего всесоюзного турнира пионерских дружин
Легенда-962 - победители последнего всесоюзного турнира пионерских дружин
Современный вид ШШ "Этюд" и памятная доска, посвященная основателю школы А.П.Бодиско
← Популяризация и развитие шахмат